Прощальный поцелуй Греты Гарбо

– Все нормально? – спросил у него Фирсов и машинально пригнул голову, чтобы не стукнуться о перекрытие калитки.

– Ну молодцы, – похвалил следователь. – Где они?

– Да нет… Когда мы ворвались, они рылись в бумагах. Там их хренова туча.

– Архив Ефима Ольшанского… – заметила Лионелла. – Я говорила: они ищут информацию.

– А я говорил, что искать будут год, – заметил Кирилл. – И все равно не найдут.

Лионелла огрызнулась:

– А ты – прожектерка.

Все четверо, включая оперативника, направились к дому, где уже повсюду горел свет. Войдя внутрь, Кирилл чертыхнулся:

Стенные панели в прихожей и гостиной были вывернуты, пол вскрыт. Кирилл бросился на второй этаж. Лионелла поспешила за ним и, взбежав по лестнице, увидела сидящего на диване Терскова. Он был в трусах, его руки сковали наручники. Рядом сидела Криволуцкая. Она зло посмотрела на Лионеллу, собрала слюну и что было сил плюнула.

Та с нервным смехом ответила:

– Артистка из погорелого театра!

Их остановил Фирсов:

– Не ругайтесь! – Он подошел к Терскову: – Ну что? Будем рассказывать?

– Сейчас, что ли? – Терсков недовольно повел головой.

– Кто сказал, ищем? – он сделал вид, что крайне удивлен.

– Так ведь… – Фирсов сделал красноречивый жест рукой и обвел взглядом разворошенную архивную кучу: – Вон как набезобразничали.

– Здесь все так и было.

– Нет, не так! – разгневанно воскликнула Лионелла. – Все лежало аккуратненько, одно к одному. – Заметив валявшуюся на полу фотографию Греты Гарбо, она подняла ее. – Чертовы вандалы…

– По какому праву вы сюда ворвались?! – крикнул Терсков, и всем вдруг показалось, что все это время он набирался сил, чтобы выкрикнуть эту фразу. Но за первой последовала вторая: – По документам дом принадлежит ей! – он кивнул на Криволуцкую.

Но та не отреагировала на его подачу, а вновь набрала слюну и, не особо прицеливаясь, плюнула в Лионеллу:

Та ловко отскочила и с издевкой спросила:

– Только ресторан. – Что за дуреха, она огляделась.

Ни в ком не найдя поддержки, Лионелла отошла на безопасное расстояние и стала крутить в руках рамку с фотографией Греты Гарбо.

– И ты рассчитывал найти здесь сокровища? – Кирилл Ольшанский презрительно сощурил глаза.

– Кто сказал? – Терсков нервно сглотнул.

– Здесь всем известно, что нянька Марфуша – твоя бабка.

Терсков опустил голову, и когда он снова ее поднял, в его глазах была ненависть:

– Вместо того чтобы нянчить своих внуков, она вам, толстопузым, задницы подтирала.

Вперед выступила Лионелла:

– У Кирилла родители умерли. Как вы можете?

– Заткнись! Зачем вообще ты в это дело залезла?! – Терсков перевел взгляд на Новицкого: – Ле-е-е-ев… Царь зверей. Не-на-ви-жу.

– Стукач, – тихо сказал Новицкий и добавил: – Убийца.