Прощальный поцелуй Греты Гарбо

– Ну хватит! – Фирсов прошел к дивану и остановился напротив Терскова.

– Да что тут найдешь…

– Ну, что ж… Тогда сообщаю, что по обвинению в убийстве, поджоге и шантаже вы, гражданин Терсков, арестованы. – Фирсов почесал в затылке. – Да, чуть не забыл самое главное – за некачественное оказание услуг.

Все обернулись на Лионеллу.

– Что такое? – спросил Фирсов.

Лионелла молча показала фотографию Греты Гарбо. Только теперь она была без своей рамки.

– Что вы молчите? – взглянув на фотографию, Фирсов перевел надпись с английского: – Ефиму – с любовью… И что?

Она перевернула снимок и показала оборот. К ней кинулся Кирилл:

– Дай! – Он забрал фотографию и спустя мгновенье сказал: – Это план!

– Так-так… – Фирсов приблизился.

– Вот – дом, – Кирилл возил пальцем по рисунку. – Изображено весьма схематично и, я бы сказал, приблизительно…

– Это что? – ткнул пальцем Фирсов.

– Где? – Кирилл приблизил снимок к глазам. – Кажется, крест.

– Вы не поняли. На вашем участке что здесь находится?

– В нем садовый инвентарь… Но, как вы успели заметить, сад не ухожен…

– На черта мне сдался ваш сад! – крикнул ему Фирсов. – Сарай заперт?

– Сейчас поищу ключи. – В больничной пижаме и шлепанцах Кирилл выглядел немного комично.

– Давайте быстрее! – напутствовал его Фирсов и, когда Кирилл уже спускался по лестнице, направился вслед за ним.

Не сговариваясь, все тоже сошли на первый этаж. Опасаясь пропустить самое интересное, оперативники прихватили с собой Терскова и Криволуцкую. Было видно, с каким болезненным любопытством те ожидали развязки.

– Вот! – Кирилл вышел из кладовки, держа в руках ржавый ключ.

– Идемте! – скомандовал Фирсов и первым вышел из дома.

Кирилл включил во дворе свет и через заросший, густой сад повел многочисленную группу в глубь участка.

Там, у забора, стояла замшелая, покосившаяся халупа.

– Этот? – строго спросил Фирсов.

– Он, – ответил Кирилл.

Немного повозившись с замком, Кирилл попросил:

– Кто-нибудь, посветите!

К нему подошел старший оперативник и включил фонарь телефона.

– Дай-ка я. – Оперативник оттеснил Кирилла плечом и с силой налег на дверь.

Та хряснула и ввалилась внутрь сарая вместе с косяком и замком.

Фирсов первым вошел внутрь, за ним втиснулся Кирилл. Сарай был небольшим. Двоим крупным мужчинам в нем было тесно. Тем не менее они сноровисто начали выкидывать из него метлы, грабли, лопаты и прочий садовый инвентарь.

После метел и лопат из сарая полетели дощатые ящики для хранения овощей, пустые канистры и сломанные зонты. Когда все стихло, в дверном проеме показался Кирилл. В его руках была запыленная палехская шкатулка. Ее огромный размер вызывал такие же большие надежды.

– Господи… – вырвалось у Лионеллы. Она подступила ближе и откинула крышку.