Птицы Великого леса

Феодор. Троутоское имя. Жрец и вправду был смугл, как дузукаланец, но черты его лица мало напоминали скуластых жителей вольных городов, а глаза были большими и чёрными. Странно, что сына рабов звали троутоским именем.

– Почему ты это делаешь?

– Ты снял заклятие, – догадался Вторак.

Вторак осторожно, медленно подошёл к столу. Позади скрипнула дверь, и внутрь заглянул один из трёх оставленных бойцов. Синир жестами позвал их внутрь и прикрыл дверь.

Феодор оставался спокойным, вид ещё трёх вооружённых мужчин ничуть не обеспокоил его.

Оттого ли, что он пришёл с миром?

Вячко и Синир обошли Вторака с двух сторон, готовые прикрыть в любой момент.

– Что ещё за люди? – спросил Вторак Богшевич. – В какие игры ты играешь, Феодор? Ты же жрец.

– Я был жрецом лишь потому, что с рождения не знал другой судьбы. Но думаешь, хоть раз во мне не рождалась жалость к вам – нашим отцам и матерям? Думаешь, мы, будучи учениками, не мечтаем узнать, кто из вас: грязных и побитых, изуродованных и истощённых, таких слабых и жалких – наш родитель?

– Вы презираете нас не меньше ханов, – процедил Вторак. По лицу его заходили желваки.

– Не без причины. Мы: ты и я – зовёмся осквернёнными не без причины. Мы отвратительны людям, отвратительны этому миру. Мы сосём из него жизнь. Ты знаешь, почему даже духи не трогают нас?

– Оттого, что они духи.

– Оттого, что мы чудовища, – лицо его исказилось, и ужасная мука отразилась в глазах. – Нас не должно быть на свете.

Вторак стоял в замешательстве, не зная, что сказать.

– Хорошо, – согласился Вячко. – Ты прав. И я готов помочь избавить твой город от осквернённых. Ты знаешь, зачем я пришёл.

– Да, – согласился Феодор.

– То, что говорят о твоём роде. Я не верил, но Жаба попробовал твоей силы и подтвердил, что в тебе течёт чистое золото. Теперь я и сам это вижу. Ты пригодишься. А если выживешь, когда я заберу твой огонь, то всё равно будешь полезен. Твой брат немало отдаст, чтобы получить тебя обратно.

Его кровь. Всегда дело в ней. Его кровь с рождения нечиста, и за это его презирают и не считают ровней старшим братьям. Но его же кровь слишком сильна для обычных людей, и за это жаждут его смерти или неволи.

– Помоги мне увести чародеев, как обещал Жаба. Ты хочешь избавить от них город? Так я помогу.

– Я не хочу, чтобы они получили свободу. Они должны умереть. Мы все должны.

– Это безумие, – прошептал Вторак. – Город погибнет без чародеев. Духи сожрут людей, как только ослабнет защита.

Феодор услышал его тихий голос и с грустью улыбнулся.

– Так должно быть. Когда поле зарастает сорняками, их выдирают из земли. Когда пса мучают клещи, их выдирают и давят.

– Так ты и себя собрался убить? – воскликнул Вторак.