Птицы Великого леса

 – Вот и не помогал нам император. Он ждал, когда половина из нас передохнет, а вторая половина отправится добывать ему камень.

Чичак надолго замолчала. Она не сводила глаз с родного берега, пока он не пропал из виду.

– Спускаться низ, – попросила она неожиданно робко.

– Вниз, – поправил он её.

– Всё равно, – сердито фыркнула девушка. – Пошли. – Она потянула его за рукав. – Всё сзади.

Чичак зарычала, как дикая рысь, развернулась и ушла прочь.

Корабль покачнулся на неспокойных водах. Солёные брызги полетели в лицо княжича.

Он не хотел быть князем.

Пальцы побледнели, до боли впиваясь в деревянный борт.

Кажется, это означало терять любимых, а Вячко не хотел больше никого терять.

Открылись белы саваны.

Размахнулись белы рученьки.

Открылись очи ясные.

Милош тяжело вздохнул.

– Я не смогу это доесть.

– Ну как же так? – расстроилась Горица. – Всего ничего осталось. Давай, ещё один блинок. Ты так исхудал.

Он усмехнулся невесело. В городе всю масленичную седмицу не было гуляний, и только на последний день Великий князь разрешил праздновать сытную Масленицу, от себя выставил угощения людям, и голодные, оборванные беженцы вместе с истощавшими горожанами наводнили городскую площадь, все рвались за княжескими блинами с мёдом.

Но на кухне, где теперь служила Горица, не знали голода, там не дрожали над каждой горсткой муки, там даже в конце зимы каждый день пахло мясом и рыбой. Милош благодаря заботе Горицы успел наесть щёки за те две седмицы, что провёл в Лисецке. Названая мать окружила его заботой и лаской с таким старанием, что порой становилось душно.

Но ещё с детства Милош усвоил, как сильно может расстроить Горицу недоеденный обед, а потому, давясь, заставил себя проглотить последний блин.

– На праздник пойдёшь? – спросила мать с неодобрением, она не жаловала обычаи предков.

– Прогуляюсь по городу, – туманно ответил Милош.

– Прогуляйся, – Горица пригладила волосы на его голове. – Может, Агнешку с собой позовёшь?

– Я говорила тебе, дочка настоятеля. Рдзенка всё-таки, землячка.

Милош не смог сдержать улыбку.

– Вот только не хватало чародею связываться с дочкой настоятеля.

– Она хорошая девушка. А у её отца есть влияние на людей. Он, если понадобится, защитит тебя.

Она говорила тихо, чтобы никто не смог подслушать, а глаза были полны тревоги. Милош взял её полную тёплую руку.

– Нам больше не надо скрываться, матушка, – прошептал он. – Теперь всё будет иначе. Я служу самому Великому князю, и скоро у меня будет настоящая власть.

– Это тебе князь сказал?

– Ещё нет, но скоро так будет, вот увидишь, – он оставил мимолётный поцелуй на её щеке и поднялся, вытер руки о протянутый рушник. – И тебе не придётся больше работать.