Птицы Великого леса

Он скривился и вернулся к домовине.

Дара смотрела в небо, но не видела ничего вокруг. Она шептала что-то посеревшими губами, но Милош не смог разобрать ни слова.

Он оглянулся на озеро, на уносившиеся прочь воды, на оголившееся дно. Нельзя больше медлить. Он вынул вороново перо из волос Дары и сжёг одним щелчком пальцев.

Сова смиренно ждала, понимая, что её ожидало. Быть может, она желала этого – умереть в старой жизни, чтобы переродиться в новой. Милош выдрал из крыла одно перо, самое красивое из тех, что остались, серое, как пасмурный день, вдел в волосы Дары вместо старого воронова и взял в обе руки сову. Она доверчиво взглянула на Милоша огромными глазами-блюдцами, и он родил огонь в ладонях. Птица вспыхнула в одно мгновение и рассыпалась пеплом по коже лесной ведьмы.

Милош облизнул губы, вспоминая слова заклятия. Что пел тогда Стжежимир? Вдруг он ошибётся?

Дара зашевелилась. Между бровей её залегла морщина. Она дёрнулась и вдруг попыталась встать.

К домовине подбежала лесавка, взяла Дару за руки, удерживая на месте.

Он присмотрелся к нему, поднёс к глазам, разглядывая, пытаясь понять плетение чар. Такое старое, знакомое, оно было почти что частью самого Милоша.

– Оно не отсюда, – догадался он. – Как и я. Кому оно принадлежит?

Лесавка гневливо молчала, ненависть её ощущалась кожей. Она не моргала, не шевелилась, разве что упиралась руками слишком сильно, точно ей было тяжело устоять на двух ногах.

– Эта птица из Совиной башни в Рдзении, правильно?

– Послушай, лесной Хозяин, – обратился вкрадчиво Милош. – И я, и лесная ведьма будем твоими верными стражами, но только если ты одаришь всех чародеев, что пришли с нами, своей силой, если впустишь после обратно и сделаешь Великий лес нашим домом.

Хозяин молчал, а Дара извивалась на камне, пытаясь вырваться из их рук, из страшных сновидений и из плена.

Милош торговался над её телом, над её судьбой ради себя самого, и в груди разрасталось нечто гнилое и мерзкое. Но иначе было нельзя. Иначе не спасти всех, кто пришёл с ним. Чародеи – люди лишь наполовину, в жилах их текло расплавленное золото, и всегда это будет пугать людей. Чародеи только наполовину принадлежали миру Нави и миру людей, везде они были чужими, но где ещё им искать дом? Где укрыться?

Они могли попробовать здесь, в Великом лесу.

– Птица из Совиной башни в Рдзении? – повторил Милош, и молчание лешего подтвердило его слова. – Сова – это и есть договор между людьми и лешим, правильно? Старшая сова и была самим договором. Ты даёшь нам силу, мы тебе защиту. Так было всегда.

Тень на небе зашевелилась, покачнулась, будто гора, что вот-вот обвалится. Загремел гром.

– Может, на этот раз выйдет иначе? Если ты будешь медлить, лес погибнет, и ты вместе с ним.

Озеро иссыхало, и лесная ведьма умирала.