Ребёнок от босса. Научи меня любить (СИ)

И я каждой клеткой тела чувствую, как в этот момент напрягаются его мышцы.

– Я тебе звонила, – сама от себя не ожидая, разворачиваюсь в руках у мужчины. – У тебя был выключен телефон.

Задираю голову и смотрю в его лицо. Как всегда, хмурое. На стиснутой челюсти гуляют желваки. Глаза чёрные настолько, что я даже зрачков не вижу. Только меня это больше не пугает. Совсем.

– Батарейка села. Поэтому вернулся, – отвечает жёстко.

– От тебя… снова пахнет женскими духами… другими… И алкоголем.

– Да, Инна, от меня пахнет алкоголем, потому что я был в баре, неожиданно взрывается.

– И что… что вы с ней делали? – сглатываю, бегая взглядом по рассерженному лицу босса.

– Трахались, – выпаливает. – Ведь ты же так наверняка подумала?!

– Ничего! Я с ней не делал ничего! Ты на время-то хоть посмотри. Меня не было чуть больше получаса. Я даже чисто технически ни с кем переспать бы не успел!

Сам отпускает меня и разворачивается в сторону гостиной.

Упираюсь взглядом в спину мужчины и обхватываю себя руками. Не потому что стыдно, а потому что без ощущения его тела становится очень холодно и как-то… пусто.

– Полотенце тебе принесу, – отвечает, не оборачивает. – Не ходи никуда, а то опять навернёшься.

– Глеб, стой, – выпаливаю, но он не останавливается.

Сама делаю осторожный шаг к нему навстречу. Сердце делает кульбит и рикошетом стучит об рёбра.

Прикусываю губу, зажмуриваю глаза и на выдохе проговариваю:

– Глеб… Глеб Викторович… остановитесь, пожалуйста.

Он замедляет шаг, затем резко поворачивается и буквально врезается в меня тёмным взглядом.

– Что ты сказала, Инна? – голос мужчины звучит глухо и немного хрипло.

От этих ноток хрипотцы и закручивающегося вихря в его глазах, меня начинает потряхивать. Во рту пересыхает, а сердце в груди будто становится гораздо больше, чем такое в принципе возможно – от каждого удара пол подо мной словно сотрясается и вибрации доходят до Воронцова, который, не двигаясь с места, ждёт моего ответа.

И я отвечаю. Тихо. Почти шёпотом. Только на шёпот у меня хватает сил, потому что и я, и Глеб, прекрасно понимаем, что означает моё к нему обращение на "вы".

– Глеб Викторович.

Он оказывается рядом так быстро, что я не успеваю подготовиться к его близости, которая вновь окутывает меня теплом и запахом алкоголя. Кожа на руках покрывается мурашками, когда пальцы Глеба проскальзывают вверх по предплечьям и в итоге касаются ключиц. С моих мокрых волос всё ещё капает вода, и я вижу, как чёрные глаза мужчины следят за прозрачной каплей, стекающей между грудей к животу.

Он поднимает руку и костяшками проводит по этой капле, размазывая её по коже.

– Значит, всё-таки Глеб Викторович...