Роспись по телу

Призраки иногда навещают меня. Вот и это был призрак.

– Призрак – это тень мертвеца. Тот человек считался мертвым? – Шубин вышел на опасный путь недозволенных приемов и теперь боялся все испортить.

– Нет, он живой, но все равно призрак. Его не должно было быть. Но он был. И это пятно. Он испугал меня им. Но что я мог сделать, если письма этого у меня не было?

– Потому что он – призрак. У призраков не может быть фиолетовых пятен.

– Может, он угрожал тебе?

– Может быть. Не знаю. Не помню. Я всегда раздражал его. Как и моего отца. Я всех раздражал. Кроме мамы. А она раздражала меня.

Шубин подумал о том, что ухудшение состояния Дмитрия могло было произойти как раз вследствие тех ударов, того потрясения, которые он испытал в ресторане, когда на него набросился Фиолетовый.

– Ты его имя хотя бы помнишь?

– Может, и помню. Но, скорее всего, нет.

– Так мы поедем сейчас на квартиру твоего отца?

– Поедем. Да, непременно поедем. Ведь его там сейчас нет? Значит, я не буду его раздражать.

Земцова и Женя Рейс забились в самый дальний угол «Черной лангусты» и не спускали глаз с Германа. Чтобы он не узнал Земцову, Юле пришлось загримироваться, покрыв толстым слоем пудры и румян свое лицо, нарисовав брови, губы, изменив по возможности их форму.

На ней было черное вечернее платье Гел, простое, без затей. Юля выбрала его как самый нейтральный наряд, чтобы не привлекать к себе внимания. На Жене были узкие бархатные синие брючки и блестящая майка – эксклюзивные вещи из коллекции щедрой Гел. Они взяли пива, орешков и теперь следили за каждым движением ошивающегося возле стойки Германа. Вон он подходит к бармену, о чем-то спрашивает его. Тот снисходительно отвечает и кивает головой на сцену.

– Он спрашивает у него, где Гел, не имея представления, мужчина это или женщина, – предположила Юля. Женя не ответила, и тогда Юля перехватила ее взгляд. Рейс смотрела поверх голов сидящих за соседними столиками посетителей куда-то вдаль, и вид у нее был совершенно отсутствующий.

– Ау, очнись, дорогая. И куда это мы так внимательно смотрим?

– Что? Ах, да… Нет, ничего. Мне просто показалось. Видишь, вон там, у входа, стоит молодой человек во всем белом?

– Ну вижу. По-моему, он не спускает глаз со сцены.

Да уж, здесь просто рай для мужчин. Столько почти голых женщин! В следующий раз, когда я буду не при исполнении, так сказать, я приглашу вас, девочки, в мужской стрип-бар, где мы предадимся созерцанию мужских достоинств. И хотя я не лесбиянка и не феминистка и у меня имеются свои счеты с женщинами, согласись, что природа не создала ничего более совершенного, нежели женское тело. У мужчин, по-моему, слишком много лишнего…

– Лишнего? – брови Жени взлетели вверх. – Ты сказала «много лишнего»?

И они расхохотались.