Сборник "Игрок"

Может, гнездо все-таки не здесь, а дальше? Может, кроме тикс, тут притаился кто-то еще? Может, их тут не три, а целая стая? И, быть может, Кречет не зря так переживал, когда уходил? Что-то не нравилось ему в этих демонстративно оставленных Тварями следах. Вот и мне стало не по себе, когда из темноты пришел неподвижный, тяжелый, крайне неприятный взгляд двух совершенно красных глаз, в которых вдруг зажглась нечеловеческая ненависть.

«Узнала, – в каком-то озарении сообразила я, наткнувшись на этот бешеный взгляд. – Узнала и теперь не отступит».

«Держись, Гайдэ!» – рыкнул от самой ограды шейри и вдруг выдохнул в сторону тиксы струю жидкого пламени.

– Нет! – запоздало вскрикнула я, но было уже поздно: последняя Тварь, оказавшаяся гораздо умнее своих товарок, злобно щелкнула пастью, увернулась от яростно гудящего пламени, а потом юркнула в темноту и мгновенно исчезла. – Лин! Зачем?!!

«Садись, – вместо ответа рыкнул шейри. – Садись, пока я держу след. Сейчас мы ее достанем».

У меня даже ругаться времени не осталось. Кинув быстрый взгляд на бьющихся в агонии Тварей, я быстрым движением добила обеих и вскочила на примчавшегося демона, который тут же стартовал, как выпущенный из депо болид «Формулы-1», и огромными скачками ринулся следом за тиксой.

Ночь была в самом разгаре, так что темень вокруг стояла такая, что по ней опасно было даже ходить, каждый миг рискуя свернуть себе шею. Однако Лин не просто шел, он буквально летел, вытянувшись всем телом и преследуя улепетывающую Тварь по пятам.

Я почти ничего не видела, кроме внезапно вылетающих навстречу веток.

Еле успевала уворачиваться – и то, наверное, потому, что приглушенно ругающиеся Тени все еще не утратили нужных навыков. Потом, правда, я сообразила воспользоваться внутренним зрением и с облегчением выдохнула, когда пространство впереди осветилось, как днем. А еще через пару мгновений отыскала мчащуюся впереди с сумасшедшей скоростью тиксу и сжала зубы.

И шейри послушно прибавил ходу.

«Быстрее! Ее нельзя упустить! Она меня узнала!»

Демон прорычал что-то неразборчивое, а потом помчался так, как не носился даже в первые дни нашего с ним совместного обучения, когда пытался напугать меня дикой скоростью.

Совсем не с лошадиной, надо сказать, скоростью – мы летели сквозь ночь километров под сотню, если не меньше. Причем летели по нехоженому лесу, в кромешной тьме, постепенно настигая трусливо сбежавшую нежить.

Тикса, словно чуя приближающуюся смерть, вильнула влево-вправо, на полном ходу перемахнула через глубокий овраг, не смутившись его шириной и ломкими песчаными краями.