Семь порочных дней

Умная, безрассудная красавица!

"О небеса! Да замолчит он, наконец?" - мелькнуло в голове у Минервы, которой было сейчас не до разговоров. Хотелось лишь, чтобы выпады Колина были резче, чтобы тот не останавливался.

Пэйн, вцепившись пальцами в бедра Минервы, с силой поднимал и опускал ее. Она самозабвенно двигалась в такт, упершись рукой в потолок.

Веки Минервы, затрепетав, закрылись, отсекая остатки дневного света в подкравшихся сумерках. Срывающиеся с уст Колина волнующие слова превратились в бессвязное бормотание. Казалось, теперь их тела двигаются сами, подчиняясь овладевшему ими ритму.

Минерва отдавалась Колину бессловесно, бездумно, безрассудно, позабыв обо всем, кроме него и своих ощущений.

Взлетев на пик экстаза, она не смогла сдержать громкий крик от охватившего ее наслаждения. И тут же Колин вышел из нее, бормоча проклятия пополам с благословениями, и изверг на ее бедро теплое семя.

- Мин! - Он начал покрывать ее лицо и грудь поцелуями. Его голос переполняли эмоции. - Никогда не покидай меня!

Она обвила руками его шею.

Но неожиданно раздался громкий треск и с ним - вызывающий содрогание металлический скрежет. А потом карета резко осела на бок, и ее пассажиров бросило друг на друга.

- О нет! - только и успела крикнуть Минерва.

______________________________

Примечания переводчика:

54) Секанс (лат. secans - "секущая") - одна из тригонометрических функций.

Колин и Минерва съехали по сидению и врезались в стенку экипажа, которая тут же превратилась в пол, когда карета полностью перевернулась на бок, с громким всплеском плюхнувшись в грязь.

Ударом их отбросило друг от друга. Минерва стукнулась о какой-то выступ, и плечо сразу налилось болью.

- Мин! - Колин пытался нащупать ее в темноте. - Неужели ты...

- Я в порядке, - поспешила заверить она. - Жива и невредима.

Ну, почти невредима. Плечо все-таки побаливало, хотя Минерва решила об этом не говорить. И всё же случившееся вряд ли можно сравнить с тем давним трагическим происшествием - ведь на этот раз карета перевернулась не на ходу. Это было не страшнее, чем упасть с дерева или забора.

Колин изо всех сил сжал ее в объятиях.

- Только не умирай! Если ты умрешь, я буду умолять Господа забрать и меня.

Святые угодники! Вот это слова! Стараясь не задумываться над их смыслом, Минерва попыталась сосредоточиться на главном - успокоить Колина.

- Я вовсе не умираю. Я даже не ранена.

Он потрогал ее лицо.

- Кровотечения нет? Можешь пошевелить ногами и руками?

- Разве ты не чувствуешь, как я обнимаю тебя за шею?

Минерва начала поглаживать Колина по спине, пока он не вздохнул с облегчением.

- И в самом деле. - Отстранившись, Пэйн коротко рассмеялся и провел ладонью по лицу. - Боже правый! Я и не подозревал, что эта штуковина такая неустойчивая, когда в нее не запряжены лошади.