Семь порочных дней

- Святые угодники! Моя дорогая, горячо любимая девочка!

Дрожащими пальцами она сломала печать и развернула письмо. Шарлотта отложила рукоделие и подошла к матери. Та сунула ей письмо.

- На, прочти! Мои глаза почти ничего не видят, а мои нервы...

Кейт и Салли, в волнении сжавшая ее руку, затаили дыхание в ожидании.

- Вслух, мисс Шарлотта! - потребовала Салли. - Читайте вслух!

- "Моя дорогая матушка! - начала Шарлотта. - Вы, несомненно, желаете знать, что сталось с вашей своевольной дочерью. Должна признать, всё пошло не совсем так, как я задумала".

- О боже! - прошептала Кейт.

- Она обесчещена! - простонала миссис Хайвуд. - Мы все погублены! Кто-нибудь, принесите мой веер и немного вина!

Шарлотта продолжала читать:

- "Несмотря на дорожные тяготы, мы..."

- "Мы"! - повторила за ней Салли. - Приободритесь, миссис Хайвуд! Она написала "мы"!

- "Мы в данный момент находимся в Нортумберленде"...

- В Нортумберленде? - Румянец вернулся на щеки матроны. Она села прямо. - Там находится имение лорда Пэйна - он мне как-то об этом говорил. Как же оно называлось?

- "И с огромным удовольствием я пишу вам... - Шарлотта опустила письмо и улыбнулась, - ...из прекрасной библиотеки Риверчейза".

"Моей дорогой дочери виконтессе Пэйн.

Сегодня в церкви Святой Урсулы звонят все колокола - пусть даже вы далеко отсюда, в Нортумберленде. Как же мы были счастливы получить твое письмо! Друзья всегда говорили, что я обладаю непревзойденной прозорливостью. Я с самого начала знала, что этот негодник Пэйн однажды станет моим зятем. Но разве можно было заранее угадать, кого он выберет в жены! Твоя мать гордится тобой, дорогая! Разумеется, вам нужно насладиться медовым месяцем, но подумайте над возвращением в Спиндл Коув на празднование Славного Мира. Следующей должна выйти замуж Диана. Благодаря твоим новым связям у нее будет выгодное положение в свете, и я надеюсь на ее удачное замужество, как никогда раньше. Если ты смогла заполучить Пэйна, значит, Диана, несомненно, сумеет заарканить герцога!

Минерва, улыбнувшись, сложила письмо, сунула его в карман и вдохнула полную грудь воздуха, наполненного майскими ароматами. Затем она ослабила ленты соломенного капора, откинула его на спину и продолжила свой путь по тропинке, ведущей из деревни в Риверчейз.

По пути Минерва то и дело останавливалась, чтобы нарвать примул, нарциссов и синих колокольчиков, которые так и просились в руки, покачиваясь, словно пьяные, на тонких стебельках. Поднимаясь по склону холма, она успела собрать целый букет цветов. До вершины оставалось совсем немного. На лице Минервы расцвела улыбка, сердце наполнилось радостью в предвкушении знакомого гранитного фасада, который вот-вот должен был предстать взору.

Но первым она увидела не Риверчейз, а Колина, шагающего навстречу.