Тени чёрного пламени

Как мне объяснил Гуревич, «они место занимают». Услышав такое от человека, отрекомендованного мне как опытный разведчик, я мысленно выругался и всю дорогу стерег все действия нашего начальника. Так и в этот раз: о растяжках я его и остальных предупредил, но ничего, кроме кривых ухмылок, в ответ не дождался. В принципе это не так важно, пусть резвятся как хотят, лишь бы не мешали. Первые полчаса все было относительно спокойно, ветер сменил направление и существенно убавил в силе. Дождь стих, уступив место мелкой водяной взвеси, постоянно оседавшей на одежде, смотровых стеклах маски и стволе автомата.

Счетчик радиации размеренно трещал, внешний фон все же был изрядным. Несколько раз меня вызывал Анджей, ему постоянно чудилось что-то вдалеке, но, как я ни вглядывался, ничего особенного заметить не удавалось. Караул – место не для праздных размышлений, но, когда сидишь на одном месте без движения, а вокруг унылый и неподвижный пейзаж, невольно начинаешь думать о своем.

Собрав воедино все имеющиеся кусочки мозаики, я стал размышлять над тем, почему обстоятельства сложились так, как сейчас. Вестник шел ко мне, и это означает по крайней мере одно тревожное обстоятельство: Завеса прорвана и некто имеет возможность пройти оттуда к нам, в Зону.

Знал ли об этом кто-то еще? Само собой, знал, ведь подстерег же кто-то гонца. И что больше всего беспокоило, этот неизвестный точно знал, где объявится Вестник. Начало комбинации благодаря дошедшему сообщению в общих чертах понятно. Некто проходит в Зону и готовит плацдарм для масштабного вторжения. И самое главное, уже здесь силы вторжения имеют довольно хорошо организованную агентурную сеть. Каким боком тут причастна «Держава», пока до конца не ясно. Может быть, руководство отряда в курсе операции, а может быть, и это почти наверняка, внутри отряда есть законспирированная группа исполнителей. Лицо в видении Сажи было сто процентов человеческое, а раз он выдал моему покойному другу этот недешевый артефакт, то вполне может случиться так, что это и есть агент иномирян. Хотя это, так сказать, вилами по воде, но иметь в виду стоит именно эту морду лица.

Порывом ветра в лицо бросило пригоршню крупных дождевых капель, утихшие было на время небесные хляби снова прохудились.

Когда я украдкой отирал смотровые линзы, мне показалось, что вдалеке мигнул и погас белый огонек. Видно было отвратно, но на глаз расстояние около двухсот метров, точнее не определить.

– Джей, свет справа на твои три часа. Удаление – сто-сто пятьдесят.

– …чего… не вижу… пусто. Сек… чист!

Неужели опять прибор шалит? Хотя при такой радиации и скверной видимости всего можно ожидать. Еще минут пять я вглядывался в том направлении, силясь поймать виденное однажды мерцающее нечто.