The Мечты. О любви

 — Насколько он имеет доступ к информации по стадиону?

— Его дело — киношку снимать. Дальше этого его никто не пустит.

— Даже самое безобидное можно вывернуть наизнанку. Ты же это знаешь… А Дима — медийная личность, он умеет.

— Юлька! — рыкнул Моджеевский. — Мало ли кто что умеет.

— Прими меры, пожалуйста, заранее, — мотнула она головой. — Я понимаю, что у тебя есть служба внутреннего аудита, что на этом проекте не может не быть строгого контроля от министерства, но все же… На случай проверки… пожалуйста, параллельно закажи независимый аудит, чтобы промониторили документацию… не знаю… только не «Делойт» — обвинят, что я там работала… Но компаний с хорошей репутацией хватает. Наверняка вы и раньше прибегали. Бодь…

— Не удивлюсь, если независимый и без того в процессе. Отец давно проникся прозрачностью, — проговорил он. — Но для твоего спокойствия — я уточню.

Она кивнула и затихла. Ненадолго. Зажмурилась и крепче прижалась к нему. Обвила руками его плечи. Слушала сердце. Свое и его. Они не в унисон бились. У каждого свой ритм. Ее — трепыхалось, как птичье. Его — стучало ровно, но сильно, будто бы отдаваясь эхом и в ней. Юля судорожно перевела дыхание. И подняла голову, чтобы посмотреть в его глаза.

— Сильнее всего на свете мне хотелось бы вернуться в то утро на Женькиной свадьбе. Чтобы остаться и поговорить с тобой. Ты умчался, а я… это мне надо было объяснять. Я никогда не забывала. Правда.

— Но уже ведь не перепишешь, — улыбнулся Бодя и коснулся губами ее волос, пахнущих чем-то нежным, весенним. — Как есть.

— На какую тропинку ни сверни, все равно к тебе, — тихо сказала она.

— Мне нравится! — довольно заявил Моджеевский. И в тот же момент зазвонил его телефон, явивший своему хозяину имя звонившего. Савелий. Богдан быстро схватил трубку, принимая звонок. — Что там?

— Богдан Романович, есть инфа, — заговорил спокойный негромкий голос его эсбэшника на том конце. — Сначала отозвалась воспитательница, которая ребенка отдавала бабушке. Уверяла, что ту привела Маханенко, ну, заведующая, и разрешила. Потом явилась сама Маханенко. Ее тоже вызвонили. Я с ней поговорил, она не отрицает, но дело в том, что… они Андрея реально бабушке отдали. Это его ваша мать забрала.

— К… кто? — ошалело переспросил Богдан и включил громкую связь, чтобы Юля тоже слышала их разговор. Она вопросительно глянула на него, не понимая реакции. А потом Савелий снова заговорил.

— Нина Петровна пришла в детский сад сегодня в первой половине дня. Маханенко не помнит точно в котором часу, но помнит, что до обеда. Сообщила, что она родная бабушка Андрея и попросила разрешения забрать его сегодня.

При имени экс-Моджеевской Юлька вздрогнула, как от электрического тока, все еще прижимаясь к его боку. Он почувствовал.