Толян и его команда (СИ)

Две комнаты, впрочем, совсем небольшие — метров по девять.

— Обиделся? — прижалась ко мне грудью Вика уже в ванной — моя привычка мыть руки не исчезла в новом теле, хоть до ковида ещё далеко.

— Нет, но не хотелось бы, чтобы раньше времени выставили из дома, чую запах еды, — улыбаюсь я.

— О! Еды у нас на взвод хватит! Гости соберутся к трём часам, а отцу сейчас на сутки уехать надо, у них сегодня на работе мероприятие важное, — сказала Викуся, лапая меня в разных местах.

— А это не секрет? — заинтересовался я.

— График утверждён чуть ли не год назад, энергоблок уже остановлен, на станции сотни людей об этом знают и готовятся, что там делать будут — не знаю, да мне и неинтересно, — пояснила девушка. — На папу ещё анонимку написали недавно. Его замучили совсем, я не читала её, конечно, но настроение у него не очень.

А я вот читал, более того, я сам и писал! Вернее, печатал. Ещё в Красноярске. Отправил из Киева в первый же день по прибытии.

Я всё-таки решил для себя, что главная причина — этот неведомый мне эксперимент. Всё же работало раньше. Вредительство? Да кому это надо? Диверсанты? Вообще версия дли идиотов. Землетрясение? Тоже маловероятно.

Написал в письме, что эксперимент опасный, инструкции устарели, персонал халатный, и сама конструкция реактора негодная. Короче, насобирал всё в одну кучу. Отправил сразу по двум адресам — на саму станцию и в горком КПСС. Адреса местного КГБ я не нашёл, да им, я думаю, перешлют копию.

— А кто ещё из гостей будет? — спросил Витька у сестры.

— О! Тебя уже мои подружки интересуют? — засмеялась сестра, когда мы вышли на балкон. — Будет Зоя и Настя точно, Светка — пятьдесят на пятьдесят, может Артур придёт.

Артур ещё какой-то. Хахаль? Да шут с ним.

— Дочь, надо ехать, иди ко мне, ещё раз тебя поцелую, — на балкон заглянул отец, закрыв дверной проем своим телом полностью.

Сейчас смотрю на этого веселого дядю, обнимающего свою дочку, и понимаю, что возможно вижу его последний раз в живых.

— Охота расквитаться со всем да уехать поскорее в Москву, — слышу голос возможного смертника.

— Любой ценой? — неожиданно спросил я.

— Не понял? — переспросил мужик.

— Поскорее — это любой ценой, даже в ущерб безопасности? — настойчиво повторяю я.

— Ты опять про статью эту? Ты не представляешь, сколько слоёв защиты на станции, ничего такого, что может угрожать безопасности не будет.

— А если будет? — спросил я.

Но мне уже не ответили. Вика требовала от отца позвонить ей в час и минуту её рождения. Изначально у меня был план вырубить её отца, не насмерть, конечно, в надежде, что эксперимент перенесут из-за этого, потом планировал анонимки и даже отправил их, потом открытый разговор с отцом Виктора и Вики — как причастного к этому эксперименту. В итоге пришёл к выводу, что нет смысла.