Моя. Я так решил

Наверно, как раз сейчас надо подумать, как я вообще оказался в такой срани? Надо да… Подумать…

Глава 4

— Эй! Эй! — взволнованный голос мгновенно вырывает из забыться, подпрыгиваю, грюкаюсь башкой о ящик, да так, что искры из глаз летят!

— Тихо! Тихо, ты что? — на меня наваливается буквально тонкое тело, ладонь зажимает рот.

Ошалело впираюсь в большие голубые глаза, сейчас выглядящие на редкость напуганными и растерянными.

— Мы остановились… И стоим… Давно! Что-то там…

Киваю, давая понять, что все усвоил, и Эвита убирает ладонь с моих губ.

А я моргаю, приходя в себя. И параллельно от себя же охуевая.

То есть, я уснул.

Позорно вырубился, как долбоеб-первогодок в армии, которого после семидневных мучений наконец-то загнали в казарму и дали поспать пару часов.

Это просто… Ну, это пиздец, че такое. Даже слов приличных не находится. Да и не надо. Потом себя назову по-всякому, когда будет минутка посвободней на пострадать.

А пока…

Аккуратно отстраняю от себя Эвиту, прикладываю палец к губам и мягко ползу к выходу, попутно прислушиваясь к происходящему снаружи. Там, кстати, явно чего-то происходит, потому что слышится сочный испанский мат, причем, сразу на два голоса.

Дуэтом, блять, поют…

Надо, пожалуй, выбираться…

Голоса слышатся от кабины, не стоит ждать, пока они переместятся к задней двери пикапчика.

Мотнув головой Эвите, чтоб не тормозила и ползла за мной, аккуратно нажимаю на ручку, чуть приоткрываю и, переждав мгновение, высовываюсь наружу. Ну и охереваю сразу же, не без этого.

Потому что мы не в городе. То есть, абсолютно. Ни намека на строения, только дорога, хорошая, асфальтированная, прям на зависть русским дорогостроителям, и совсем неподалеку эта гребанная дорога уходит за резкий поворот.

Голоса затихают, потом слышатся хлопки двери.

Так, надо быстрее сваливать, вообще непонятно, в какие дебри нас этот Сусанин завез, и как выбираться будем.

Торопливо распахиваю дверь и выкатываюсь наружу, тут же разворачиваюсь, ловлю Эвиту, и мы вместе дружно бежим прочь от машины, причем, строго по прямой до резкого поворота, чтоб оставаться в слепой зоне водителя.

И уже там, за поворотом, услышав чавкающий выхлоп машины, тормозим и, тяжело дыша, тупо таращимся друг на друга.

— Мы, вообще, где? — отдышавшись, задает сакраментальный вопрос Эвита.

— Хер. Его. Знает. — Так же коротко и логично отвечаю я и оглядываюсь, — в джунглях, мать их за ногу.

— Это я понимаю… Но как далеко от Буэнос-Айреса?

— Хер. Его… Ну, ты поняла… Пошли-ка, с дороги прочь, а то мало ли, кто тут ездит…

Она кивает, поправляет нелепую шляпу, натягивая ее пониже на нос, и первая идет в сторону обочины, прямо за которой начинается густой тропический лес.

А это, чтоб вы понимали, вообще не русские березки.