В огне повенчанные

Заслышав хлопок в сенках и чьи-то торопливые шаги, Казаринов напрягся, как скрученная пружина, вскинул пистолет. Вбежал запыхавшийся Гораев:

– Товарищ лейтенант, мы тут чикнули одного… У крыльца… Рядовой, уже пожилой, совсем лысый…

– Молодец!.. Кто держит лошадей?..

– Волошин. Кони – звери!.. Видать, рысаки орловские.

– На место, к лошадям!

– Полковник, кто к вам приходил? – Казаринов посмотрел через раскрытую дверь в горницу. – Пожилой и совсем лысый…

– Это мой коновод, – послышался из горенки слабый голос полковника.

– Иванников, как только выедем со двора, заверните этого лысого коновода в какую-нибудь рогожу, оттащите за огороды и закопайте в сугробе, чтобы никаких следов.

Ты меня понял?

– Понял! – донесся из горенки голос Иванникова.

Команды Казаринов отдавал умышленно громко, чтобы их слышали и старик и старуха, скрючившаяся на лежанке.

– Отец, ты тоже меня понял? – Григорий осветил лицо старика фонариком.

– Да вроде понял… А что мне говорить им утром? Ведь все откроется…

– Скажи, что все четверо с вечера играли в карты, пили коньяк, а потом поссорились… Очень сильно поссорились.

А когда улеглись спать, пришел коновод. О чем-то долго втроем шептались, а потом оделись и вышли из избы. Оседлав лошадей, куда-то уехали. Понял? А те два лейтенанта, что на полу, – это их работа.

– Скажу все, как велите… – глухо отозвался старик.

– Ну, прощай, отец!.. Скоро вернемся. Только завтра держись потверже. Это очень важно. Думаю, все обойдется.

Полковник от страха так ослаб, что никак не мог донести ногу до стремени. Ему помог Вакуленко. А когда все трое были уже в седлах, Казаринов приказал Гораеву:

– Быстро ко мне Иванникова!

Сытые лошади не стояли на месте.

Полковник сел на серого в яблоках жеребца. На гнедую лошадь сел Казаринов. Буланый иноходец достался Вакуленко.

Иванников выскочил из избы с зажатой в руке папиросой.

– Будешь за старшего в группе! Уходите сразу же, как только мы выедем за ворота.

– Будет сделано, товарищ лейтенант!

Иванников бросился к воротам.

– Полковник, первым поедете вы! Мы с сержантом по бокам, на полкорпуса лошади сзади. Помните: расстояние между нами всего один метр.

Поедем легким аллюром. Когда нужно будет перейти на галоп – я дам команду.

– Я вас понял, лейтенант.

Заскрипели ворота. Первым со двора выехал Казаринов, дав знак следовать за ним.

Как назло, над окраиной деревни, через которую предстояло проехать, взвилась осветительная ракета. На фоне чистого снега контуры танков и грузовых машин, стоявших на площади, вырисовывались четко. Увидев всадников, часовой, лениво прохаживавшийся вдоль танковой колонны, остановился, вскинул автомат.