В постели с миллиардером

Не было ли их уже в живых, как и его, или они просто не ладили? И что он вообще, черт возьми, знал о женщине, с которой собирался вступить в брак? Пусть даже всего лишь на время и по деловому расчету. Но в присутствии ее деда, вопреки своему явно преклонному возрасту державшегося очень бодро, казалось сейчас совершенно ненормальным, что он собирается взять в жены ту, о которой не знал даже самых банальных вещей.

Роберт перевел взгляд на своего дядю, заставляя себя вернуться мыслями к тому делу, ради которого все это и было затеяно. Он напомнил себе, что ничто больше не имело значения, кроме фирмы, в которую вложил столько времени и сил – ни чужие ожидания, ни чьи бы то ни было надежды.

Во всяком случае, так было прежде. И так и должно было оставаться впредь.

– Я тебе такое платье прикупила, Роберт твой ахнет! – продолжала, тем временем, тараторить Лена и Левицкий, отвлекаясь от собственных мыслей, едко заметил:

– Вообще-то я ещё тут.

– Вот именно! – обвиняющим тоном заявила Ершова, оборачиваясь к нему. – Почему это ты ещё здесь? Жених не должен видеть невесту до свадьбы!

– Тебе не кажется, что для этого правила уже слишком поздно? – вздернул Роберт издевательски бровь, но рыжую его замечание ничуть не смутило:

– Ничего не поздно.

Марш отсюда, пока мы переодеваемся!

– И чего я там не видел, – фыркнул Роберт, тут же поймав на себе тяжёлый взгляд дедушки. Господи, он надеялся, что старик не считает, будто они имели право трахаться только после свадьбы? Пусть даже между ними ничего и не было, эти старомодные понятия о жизни успели его порядком утомить.

Ершова выразительно шикнула на него ещё раз и Роберту не осталось ничего иного, как в сопровождении деда покинуть каморку, выйдя в коридор, где он смог наконец вдохнуть полной грудью, словно пыль, пропитавшая всю эту маленькую комнатушку, мешала ему свободно дышать до данной минуты.

Пусть даже дело было, вероятно, и не в ней вовсе.

– Александр Константинович, – представился ему будущий родственник и Роберт пожал его крепкую и твердую, несмотря на возраст, руку.

– Роберт Левицкий, – ответил он коротко, не зная, что ещё добавить.

– Значит, это ты жених моей внучки, – сказал дед.

– Значит, я, – подтвердил Роберт, чувствуя себя от этого разговора по-идиотски.

– Любишь Таню-то мою? – строго вопросил Александр Константинович, немигающе глядя ему прямо в глаза и Роберт, не отводя взгляда, ответил:

Здесь он, во всяком случае, не соврал. То, что происходило с ним и Таней со дня знакомства и все, что он наворотил после, иначе, как безумством, было и не назвать.

– Ну ладно, – подвел итог дедушка и угрожающе добавил:

– Только смотри мне, не обижай девочку мою. А то я ружье свое расчехлю.

– Учту, – ответил Роберт серьезно, хотя ему дико хотелось ржать.