Ведьмина доля
Теплый осенний ветер унес холод, закружил в ногах опавшими листьями. Я быстро села. Кыс-Кыс, что же тебе еще известно… Томка рванула с места в карьер. Она никогда не пристегивалась и водила так, что я всегда пристегивалась.
— Как самочувствие? — подруга внимательно покосилась на меня.
— Нормально, дышу, — буркнула рассеянно и спохватилась: — Зой, это Тамара, ведьма из Круга. Том… ну, ты в курсе.
Томка повернулась и подмигнула пассажирке:
— Не страшно в ведьмино логово ехать?
— Уже нет, — отозвалась девочка звонко и улыбчиво, а я недоверчиво обернулась.
Сияет, как начищенный пятак, довольная и ничуть не испуганная.
— Ульяш, ты чего такая молчаливая?
— Так делать-то нечего, — я пожала плечами.
— Том, все нормально, — сказала ровно. — Наверно, меня и правда стоит где-нибудь запереть от греха подальше. У меня осеннее обострение, и на месте не сидится. Переживу.
…и белое Пламя на худенькой руке. И слова Арчибальда — о том, что девочка — ключ. И в одном он прав. Про темные и страшные истории я не в курсе, но одно знаю точно: истинных, природных Верховых не было уже лет пятьсот, а то и больше. Последняя урожденная Верховная передала свое Пламя вместе с артефактом самой обычной ведьме, усилив тем самым ее скромные способности.
По радио запел Шевчук, и девчонки дружно заголосили «Что такое осень — это небо…» на весь салон. Я вздрогнула, покосилась на Томку и опять погрузилась в собственные мысли. Так… Может ли Зойка быть ключом к тайне Верховных — к тому, почему они перестали появляться? Верховные и среди стародавних считались редкостью — одна на тысячу горела Пламенем.

















