Морской волк

Дозорные сидят в своем караульном помещении, не собираясь шляться ночью по крепостной стене. Война шла слишком далеко от Тура, где-то в Бургундии, которую соседи рвали на части. Лорен Алюэль рассказывал, что король Франции вернул уже всё, что отдал раньше Карлу Бургундскому, и теперь пытается захватить остальное.

Я завязал веревку на себе беседочным узлом. Это один из первых морских узлов, который я выучил. Боцман заставил на первой плавпрактике в малом каботаже. Звали боцмана Гриша Манолия.

На забавном диалекте, на котором говорят в Одессе все, кроме коренных одесситов, он поучал меня:

— Рыба моя, смотри сюдою.

Тебе кинут такой кончик, когда свалишься за борт, а ты таки когда-нибудь свалишься, я тебе обещаю!

В предыдущий день мы красили борт судна рядом с капитанской каютой. Я сверху, с палубы, он снизу, с плотика. Бадейку с черной краской я поставил на планширь, как раз над головой боцмана, но теплоход качнул не я. Капитан, вышедший из каюты, чтобы послушать доносившийся снизу высокохудожественный мат-перемат, лишенный одесского акцента и юмора, увидев боцмана, заверил, что негры позавидуют.

- Ты хватаешь его левой рукой и тянешь на себя, как хохол сало, а правой берешь свободную часть и делаешь вот так, — продолжил Гриша инструктаж. — Понял?

— Не-а, — честно признался я.

— Я через вам удивляюсь! — воскликнул он. — Повторяю для бестолковых… Смотри сюдой, а не тудой!

«Тудой» шла молодая и красивая женщина в сопровождении своего мужа, моряка-загранщика, который тащил баулы со «школой», как тогда называли вещи, купленные на перепродажу. Напоминал он навьюченного осла, которого ведут на поводу.

Боцман тоже проводил женщину взглядом, вздохнул глубоко и произнес убежденно:

— Нам так не жить, а если жить, то не долго!

На счет меня он ошибся.

И за борт тоже таки не выкинул, хотя беседочный узел завязывать научил.

Я обвел веревку вокруг мерлона — части парапета между двумя амбразурами, которую часто путают с зубцами, — и начал спускаться по стене. Альпинистский опыт у меня никакой, поэтому ободрал руки веревкой, пытаясь не дать своему телу спуститься слишком быстро. Под стеной лежал снег. Эта стена северная, солнце сюда не заглядывает. Я смотал веревку, спустился в ров.

Лед в нем еще был крепкий, но сверху покрыт слоем воды. Сапоги на нем скользили, я с трудом удерживал равновесие. С другой стороны ко рву примыкал вал, присыпанный к внутренней стороне второй, малой стены и покрытый снегом только у основания. Спуск с малой стены прошел успешнее. Впрочем, она была высотой всего метра три с половиной. Во втором рву лед тоже выдержал меня. Правда, сапоги промокли окончательно.

— Лорен, — позвал я тихо.

— Я здесь, — послышалось из темноты.

Я пошел на голос.