Вопреки судьбе, или В другой мир за счастьем

Хорошо, что Лея теперь спала в отдельной комнате, и я не боялась ее разбудить, хотя, откровенно говоря, мне не хватало ее под боком. От этих метаний разболелась поясница, и уснуть удалось лишь под утро. Снилась мне всякая белиберда и казалось, что я толком и не отдохнула.

И понимала же, что чему быть, того не миновать, да и не зверь же герцог, в самом деле! Он ведь очень любил Анику, и я это прекрасно помню. Но успокоиться никак не получалось. Я переживала, что он поймет, что на самом деле я не его дочь, и, одновременно, что не поймет — почему-то это тоже казалось очень плохим признаком.

Боялась, что он заберет меня в Трину, и я больше никогда не увижу Этьена. Переживала, как он воспримет наличие у меня приемной дочери, что скажет, когда узнает, как я все это время жила. В общем, волновалась о самом разном и сама удивлялась этому, но ничего с собой поделать не могла.

А ведь по тому, как сильно меня заботили реакции герцога, я поняла, что каким-то непостижимым образом начала воспринимать его как своего настоящего отца! Это новое открытие настолько выбило из колеи, что даже боль в спине перестала тревожить. Видимо, чем больше я вспоминала, тем больше сливались воедино наши с Аникой личности.

Это по-настоящему пугало, но, как ни странно, вселяло надежду, что я сумею быстро адаптироваться в этом мире. Пока что я жила и вращалась среди обычных людей, не считая Этьена и графиню. Но вот когда полноценно попаду в высшее общество, без соответствующих навыков и знаний будет очень сложно. И далеко не все можно будет объяснить амнезией.

Двойственность в мыслях разрывала на части.

На завтрак я не спустилась, благополучно его проспав. Однако и когда встала, особенного аппетита не появилось.

Ныла поясница, и я никак не могла найти удобное положение. Завтрак принесли в комнату и больше меня никто не беспокоил, за что я была домочадцам очень признательна. В конечном итоге я занялась самовнушением: «Все будет хорошо и разрешится самым лучшим для меня образом», — повторяла про себя снова и снова. Эта своеобразная мантра помогла, я немного успокоилась и огромным шариком спустилась в гостиную.

— Как ты, Ани? — встретила меня полным заботы голосом графиня Бриэн. — Ты сегодня долго спала. Иди сюда, присаживайся рядом.

— Просто вечером никак не могла уснуть, — я присела на диван, и она, взяв мою руку, сжала ее в жесте поддержки.

— Волнуешься? — Я кивнула. — Понимаю. Наворотила ты дел, когда сбежала из дома. Но герцог — твой отец. Думаю, он уже давно тебя простил, да и мы с Этьеном будем рядом и поддержим. Так что не волнуйся. Тебе вообще сейчас нельзя волноваться.

— Спасибо, — благодарно сжала я ее ладонь в ответ. — А где Лея?

Обычно дочка прибегала ко мне каждое утро, а тут ее не было, и сейчас в доме не было слышно ее звонкого голоса.