Вопреки судьбе, или В другой мир за счастьем

Но Этьен наверняка ждал чего-то такого и перестраховался, чтобы при необходимости быстро прибыть на место. Эх, жаль, что здесь еще не изобрели порталов.

— Ани, ну ты чего? Руки совсем похолодели, — взял мою ладошку Этьен и поцеловал ее.

Я слабо улыбнулась. Мой любимый... Он и правда делает все, чтобы мы были вместе. Я же вижу, как он последнее время морально выматывается. И могу лишь догадываться о том, что в действительности происходит, но вижу, как он оберегает меня от всего этого.

Ну почему я не какая-нибудь безбашеная попаданка, которая машет мечом, творит глупости, но все решает сама? Наверное, не будь я дочерью герцога, все было бы гораздо проще, но положение в обществе дает не только преференции, но и делает зависимым.

Как же отвратительно чувствовать себя разменной монетой в играх сильных мира сего!

— Тебе верю. — ответила я и положила ему на плечо голову.

— Кхм. — прокашлялся Сиар, явно чувствуя себя здесь лишним. — Пойду я, посмотрю на племянника, а то он, кажется, проснулся, — и вышел из беседки.

— Ты расскажешь мне о матери Леи?

— Видимо, конспираторы мы с бабушкой не очень хорошие, — вздохнул он и снова поцеловал мою руку.

— Ну почему же? Просто первую реакцию бывает сложно скрыть.

— Что ж, ты все равно должна знать. — Он потер переносицу. — Детей с таким даром, как у Леи, обычно ищут в раннем детстве — магия у них проявляется с самого рождения и скрыть ее маленький ребенок не умеет. С Мариам, матерью Леи, получилось иначе. Ее смогли обнаружить, только когда ей исполнилось пятнадцать лет, и в королевскую школу отправлять ее было уже поздно, а отдавать в чей-то род значило слишком кого-то выделить. На тот момент король такого себе позволить не мог. Сама Мариам была родом из глухой деревни, ни манер, ни умения держать себя в обществе. Ей наняли учителей, немного пообтесали и объяснили, что если она хочет и дальше жить в тепле и уюте, носить дорогие платья и ни в чем не нуждаться, то должна рожать детей тому, на кого укажет король. Звучит это цинично, но в случае с Мариам для короны это был наилучший вариант. Поначалу ее все устраивало. Дело дошло и до нашего рода. Она забеременела и внезапно исчезла, но оставила письмо, в котором поливала всю аристократию грязью и заявляла, что своего ребенка больше никому не отдаст. Мы долго ее искали, но след оборвался на одной из пограничных застав. Там выяснилось, что во время одного из набегов кочевников она была уведена в рабство. Искать девушку у степняков — самоубийственная затея, пришлось смириться, что они с ребенком для нас потеряны...

— .А оказалось, что она нашла на заставе себе мужчину, который получил ранение и был списан со службы. Он принял ее такой, какая она есть, вместе с не родившимся ребенком и непонятным даром.