Возлюбленная виконта

Пришлось бы, правда, придумать, что сказать миссис Бейнтон, которая непременно догадается о положении новой подруги, которая зачала не в брачную ночь, а не менее трех месяцев назад. Если она скажет, что ребенок на подходе, Анна Бейнтон сделает вывод, что его отцом является Эллиотт и у них была добрачная связь. Могла ли она допустить, чтобы жена одного из друзей Эллиотта подумала, что он способен вести себя подобным образом?

— Мне можно сказать ей? — шепотом спросила Белла. — Я уверена, она догадается. Но…

— Только не открывайте ей всю правду, — шепотом ответил Эллиотт.

— Я не желаю, чтобы кто-то забавлялся на ваш счет! — возразила Белла, удивившись, как сама беспокоится за его репутацию.

— Какой мужчина откажется соблазнить столь целомудренную красавицу?

Такая мысль ее никак не успокаивала. Белла искоса взглянула на его лицо и тут же отвела взгляд. Он улыбался, но его глаза сверкали, отчего у нее по спине пробежали мурашки, предупреждая об опасности. Точно такой же блеск она видела в глазах Рейфа. Эллиотт не шутил, когда думал о том, чтобы соблазнить ее.

А она не была ни красавицей, ни целомудренной. Значит, он иронизировал. Это огорчило ее, ведь она считала его добрым. Она решила не обращать внимания на его обидные слова и сосредоточить внимание на приятных мыслях — у нее будет подруга, которая поддержит во время беременности.

Короткое расстояние до Олд-Хэдли-Холл оба преодолели не проронив ни слова. Когда приехали, Белла сдержанно улыбалась и приняла два серьезных решения — не ожидать от Эллиотта ничего и думать только о том, что происходит в данный момент.

Эллиотт помог ей выйти из экипажа.

— Ну как, леди Хэдли?

— Очень хорошо, милорд. — Величавая сдержанность Беллы улетучилась, когда Эллиотт подхватил ее на руки. — Эллиотт!

Начали подъезжать другие экипажи. Раздался гром аплодисментов и веселые возгласы. Белла прижалась лицом к его плечу. Эллиотт внес ее в дом.

Дом оказался полон прислуги. Все радовались. Наступил ужасный миг, когда Белле показалось, будто Эллиотт не остановится, бросится вверх по лестнице, унесет ее в свою спальню. От страха и волнения у нее громко стучало сердце, но он опустил ее на пол, не выпуская ее руку из своих длинных пальцев.

— Прокричим трижды «ура» за миледи. — Хенлоу вышел вперед. — Гип-гип, ура! — Дворецкому не пришлось никого упрашивать. Все кругом огласилось радостными возгласами.

Белла почувствовала, как у нее от радости закружилась голова. Все были по-настоящему рады ей, добры к ней. Она развязала широкие атласные ленты, к ней тут же подошла горничная и забрала шляпку и перчатки.

— Белла! Я требую право первым поцеловать невесту в ее новом доме.