Все радости - завтра

Ответственность немного отвлекала ее от утех. После смерти пастора Лишо люди смогли вернуться к их исконной католической вере. Обитатели Бомон де Жаспра верили, что их предки обратились в христианство благодаря усилиям апостолов, странствовавших по Средиземноморью и обращавших народы в христианство. Бомонцы, простые по натуре, преданные христиане, любили свои красивые церкви и с радостью отмечали церковные праздники. Кальвинистская холодность пастора Лишо, его безрадостность, постоянные напоминания о грехе и проклятии раздражали и пугали их. С радостью приветствовали они возвращение прежних священников и мессы и вопреки призывам первых к прощению не скорбели о погибшем.

Когда герцог пришел в себя, оказалось, что он парализован ниже талии не может говорить.

— Возможно, со временем он заговорит, — сказал его врач, однако прошел месяц, а ситуация не изменилась. Прошел второй месяц, а в герцогство прибыл представитель французского двора. Он сказал, что герцог, очевидно, вряд ли поправится, а его единственный сын не способен править. Не в положении ли герцогиня? Скай пришлось признаться, что нет.

Месье Эдмон из-за его физического недостатка не мог унаследовать правление. Франции ничего другого не оставалось, как взять герцогство под свою эгиду. Но тут французский посол обнаружил, что он заточен в своих апартаментах.

— Должен быть другой путь, — сказала Скай на встрече с Робби, Эдмоном и отцом Анри, — Мы не можем позволить Франции захватить Бомон де Жаспр. Неужели нет другого родственника, который бы мог править? — Она посмотрела на Эдмона. — Должен же быть кто-нибудь.

— Есть еще Никола Сент-Адриан, — медленно произнес Эдмон.

— Герцог, не захочет и слышать об этом, — возразил отец Анри.

— У него нет выбора. Или Никола, или французы, топ реге.

— А кто это — Никола Сент-Адриан? — заинтересовалась Скай.

— Это самый благородный из незаконнорожденных братьев герцога, — ответил отец Анри. — Если я правильно помню, он барон.

— Сент-Адриан — это не бомонская фамилия, — заметила Скай.

— Да, мадам, — ответил священник. — Много лет назад отец твоего мужа влюбился в единственную дочь пожилой аристократической, но обедневшей четы в Пуату.

Эмилия Сент-Адриан — самая большая любовь Жиля де Бомона. Он был женат, но соблазнил невинную девушку. Когда она призналась ему, что ждет ребенка, полагая, что он поступит правильно и женится на ней, ему пришлось признаться в обмане. Она отказалась его видеть, что одобрил ее старик отец. Когда она родила здорового мальчика. Жиль де Бомон пытался оказать финансовую поддержку, но Сент-Адрианы не желали и слушать об этом. Какие бы подарки ни посылал он сыну, они возвращались нераспакованными.