Все радости - завтра

Как он мог уцелеть, и с чего ты решила, что таков смысл послания? Кто это — истинный супруг? Что это все за галиматья?

— Когда Джамиль и Ясмин убили Халида, а я горевала над ним. Осман сказал мне, что мое будущее — с человеком, которого я полюбила впервые, с моим земляком Найлом Бурком. — Она снова повернулась к Гаруну. — Где доказательство того, что ты тот, за кого себя выдаешь? — спросила она.

— Мой господин сказал, что если ты потребуешь доказательств, то я должен сказать тебе то, что он однажды говорил тебе. Верь инстинкту — он не изменит тебе, — ответил Гарун. — Исполняй свою роль, предписанную Аллахом.

Скай снова побледнела.

— Он точно от Османа, — наконец сказала она уверенно.

— Что это еще за доказательство? — возопил Робби.

— Это слова Османа, которые он произнес при моем отъезде из Алжира. Он сказал это мне наедине, так что я должна принять это за доказательство истинности послания Османа. Он мог узнать это только от своего хозяина.

Робби раздраженно хмыкнул:

— А ты, Гарун, как ты узнал, где искать Скай Муну эль Халид?

— Судно госпожи останавливалось недавно в Алжире. Его капитан виделся с моим господином, и мой господин спросил у капитана, старика со странным и непроизносимым именем…

— Да, госпожа! — На темном лице Гаруна появилась улыбка.

 — Мой господин спросил его, как послать тебе весточку, на что старик ответил, что тебя нужно искать не на родине, а здесь. И я был послан за тобой. Господин сказал, что ты не должна терять времени, ибо твой истинный супруг в опасности.

— Мы можем отправиться сегодня? — спросила Скай у Робби.

— Да, но это безумие, Скай. Лучше мне отправиться к Осману и поговорить с ним, если это и в самом деле он.

Ты забыла Джамиля? Он пойдет на все, чтобы отомстить тебе.

Алжир слишком опасен для тебя.

— Нет! Я еду, Робби! Я должна ехать!

Робби взглянул на Гаруна;

— Капитан Джамиль еще жив?

— Жив, но сейчас он в Стамбуле, лечится. Госпожа будет в безопасности. Мой господин не послал бы за ней, если бы ей грозила опасность.

— Мы отплываем сегодня! — сказала Скай тоном, не терпящим возражений.

Никола Сент-Адриан стоял, переводя взгляд с одного на другого. Этот язык был ему незнаком, и он не понимал ни слова из того, что они говорили. Но он инстинктивно понял, что ему грозит потеря Скай, и вынужден был собрать все силы, чтобы справиться с этим ощущением.

Он не мог отпустить ее.

— Doucette, скажите мне, о чем говорит этот пришелец и почему у меня такое чувство, что вы должны покинуть меня?

Она совершенно забыла о Никола! Она забыла этого нежного и так сильно любящего ее мужчину, чьей женой она должна была стать всего через месяц. В последние минуты он как бы перестал существовать для нее; так как теперь реально для нее существовал только Найл Бурк.