Все радости - завтра

Она в смятении прижала ладони к лицу, ее потемневшие от горя синие глаза глядели прямо на него.

— Я не могу выйти за вас замуж, Никола, — тихо сказала она. — Мой муж жив. Гарун принес мне известие от моего старого алжирского друга, что Найл жив. Осман не может солгать мне. И я должна ехать в Алжир. Я должна найти Найла.

— Не покидайте меня, — попросил он.

— У меня нет выбора, Никола, — тихо произнесла она. — Найл жив. Я не могу выйти за другого, пока жив мой законный муж.

— Пусть поедет Роберт, — сказал он, . — пусть он выяснит, правда ли это. Останьтесь со мной до его возвращения.

— Да! — прервал его Робби. — И я это говорю, Никола, но она не слушает. Она слишком упряма!

— Найл жив! Осман говорит, что он в опасности, — крикнула она им. — Я должна ехать к нему! Должна! И поеду! Посылать Робби — только терять драгоценное время. Это время может стоить жизни Найлу! И если это случится, я никогда не прощу вам, никогда!

— Хорошо, поезжайте! — прокричал он в ответ. — Поезжайте, но обещайте мне, doucette, что вернетесь, если все это окажется ложью! Оставьте мне хотя бы надежду!

— Осман не может обмануть меня, — тихо сказала она.

Скай посмотрела на него и заметила слезы в его зеленых глазах.

— О, Никола, что я сделала с вами! Видите?! Разве я не предупреждала вас? Я всегда так или иначе уничтожаю тех, кто любит меня. Так было всегда, но я не знаю почему. — Она наклонилась и поцеловала его в щеку. — Обещаю, что, если все это лишь мираж, я вернусь к вам, милый Никола, ведь еще не было такой женщины, которая была бы столь удачлива в любви, сколь и несчастна.

— Оставьте со мной детей, — сказал он. — Вы еще вернетесь ко мне, я знаю.

— Если я не вернусь к середине лета или от меня не будет известий, отошлите всех их домой, Никола.

Патрик должен жить на своей земле, место Мурроу и Робина — при дворе. И тогда вы сможете избрать себе другую жену.

— Нет! — Его красивое лицо исказилось в гримасе. — Нет, — повторил он более спокойно.

— Да, — раздался голос Эдмона де Бомона, и карлик соскользнул на пол со стула, на котором сидел все это время. Он все слышал и теперь обращался к своему дяде. — Вы забыли, почему стали наследником Фаброна де Бомона, Никола? Только вы из всего рода здоровы и нормальны и способны стать прародителем грядущих поколений.

И для этого, дядя, вы должны обзавестись женой.

— У меня есть Скай, — упрямо ответил он.

— Уже, может быть, нет. — Голос Эдмона был печален. — Мне тоже больно об этом слышать, Никола. Никогда в жизни в этом замке не было так весело, потому что она принесла в него свой смех и радость. Но мы плохо отблагодарили бы Скай, если бы позволили себе вернуться к прежним тяжелым дням.

В его фиалковых глазах читалась любовь к Никола. Из всех них ему понятнее была его потеря, так как он тоже любил Скай.