Все радости - завтра

На потолках цвели красочные геометрические орнаменты.

Даган провел Скай и Заду на женскую половину — отдельный комплекс, включавший бани, кухни, сады и террасы, салоны, спальни, личные и общие.

— Сколько женщин в гареме хозяина, Даган? — спросила Скай, спеша за евнухом.

— Точного числа не знаю, госпожа Муна, но не менее сорока.

Черные евнухи распахнули перед ними золоченую решетку, пропуская в гарем. Даган ввел их в главный зал, где, как обычно в это время дня, собралось большинство женщин, болтая между собой, занимаясь шитьем, играя на музыкальных инструментах или даже читая.

Когда они вошли, в зале немедленно воцарилось молчание и на Скай устремились ревнивые взоры, оценивающие ее красоту и значимость для Кедара, взгляды, мгновенно зачислившие ее в разряд врагов.

Даган широко улыбнулся, чтобы разрядить обстановку:

— Господин поздравляет вас со своим возвращением, женщины. А это прекрасное создание рядом со мной — госпожа Муна, подарок нашему господину Кедару от его алжирского дяди. Она — его любимица.

— Наверное, потому, что в пути никого не было, кроме заразных девок кочевников, овец да верблюдов, — прошипела пышная блондинка с миндалевидными черными глазами.

Она вызывающе посмотрела на Скай и бросила в рот маленький персик.

— Как тебе удается сохранять этот оттенок волос, дорогая? — спросила Скай на безупречном арабском. — На родине у меня была свора охотничьих собак в точности такого цвета. — Она дерзко обвела глазами собравшихся, бросая им вызов. Скай знала, что в гареме может выжить только сильный духом.

Блондинка раскрыла рот и вскочила на ноги.

— Как ты смеешь! — завопила она и прыгнула к Скай с поднятыми кулаками.

Скай не стояла в бездействии: запустив пальцы в волосы врага, она швырнула ее на другой конец комнаты.

— Как ты смеешь! — крикнула она в ответ. — На родине я была знатной дамой. А сейчас — в фаворе у господина Кедара. Мы можем не быть друзьями, но ты должна вести себя со мной согласно моему рангу. В отличие от тебя я не крестьянка. Запомни это на будущее!

Блондинка рухнула на кучу подушек, в недоумении разинув рот. В комнате стояла мертвая тишина, затем раздался хриплый смех и из группы выступила высокая и очень стройная дама.

— Добро пожаловать в Феc, — сказала она.

 — Я Талита, ныне, только по воле случая, любимица господина Кедара, хвала Аллаху! — У Талиты была золотистая кожа, короткие курчавые черные волосы подстрижены так коротко, что напоминали шапочку. Глаза великолепного светло-зеленого оттенка ласково смотрели на Скай.

Она с улыбкой повернулась к Дагану:

— У нее будет своя комната?

— Да, госпожа, и ты должна проследить, чтобы никто не посмел поцарапать ее. Господин в восторге от ее кожи.

— Неудивительно, — сказала Талита.