Всегда война Часть 10 (СИ)

Один из них вроде имел номер 151 и был передан британцам, и они до конца войны будут свободно читать львиную долю вашей военно-морской секретной переписки.

Опять тишина. Выдавать такие сведения, с моей стороны, по мнению многих присутствующих, было, мягко говоря, неразумно, а может быть даже и подло.

Тут голос подал Гинденбург.

— Вы так спокойно об этом говорите, генерал? Выдавая такие сведения, вы не превысили свои полномочия?

— Нисколько. Вскрыть ваши примитивные шифры для наших систем дешифровки, не представляют никакой сложности, ну а британцам, ТЕПЕРЬ, не стоит читать ВАШУ переписку.

— Извините, господа. Давайте сделаем паузу, а мне нужно срочно переговорить с его императорским величеством Николаем II. У нас возникло несколько вопросов, которые нужно срочно разрешить.

По взгляду кайзера, было видно, что он прекрасно понял, для чего я на время покидаю его общество, но и ему нужно было немного обдумать наш разговор.

Когда я вышел, наконец-то на связь вышла Артемьева.

— Ну, Командир, ты дал. Двух императоров построил. Как хочешь, а я твоей Светке отправлю видеозапись. Такое выступление должно быть оценено…

— Вот-вот.

Командир, ты молодец. Круто получилось. Теперь с Николаем переговори, наведи мосты и все будет тип-топ. А запись я и себе оставлю. Такие исторические личности и мы, — вклинился в волну Санька Артемьев, который все же выбрался из бронированного «Тигра», и забрался к своей супруге, и они на пару, как я понял, наблюдали за моим разговором с кайзером.

Я ухмыльнулся. Для меня это была лучшая награда, когда, фактически самые близкие люди, а чета Артемьевых такими и были, признают мои достижения.

Нажав кнопку передачи на гарнитуре, я ответил.

— Спасибо. Реально приятно. А теперь скажи, куда Николай Александрович ушел, надо с ним поговорить серьезно, а то с одной стороны женсовет, а с другой стороны всякие ходоки и «просилы» его заклевали.

— Да правильно идешь, Командир, за поворотом коридорчик, он там стоит и курит.

— Принято. Конец связи.

Я нашел Николая в соседнем коридоре. Он стоял возле окна, выходящего во внутренний дворик и держал сигарету трясущимися руками. Когда я подходил к нему, он сделал длинную нервную затяжку и выпустив дым, повернулся, видимо на шум шагов.

Мы стояли друг перед другом. Я был его выше почти на целую голову и наверно со стороны мы смотрелись немного комично: невысокий бородатый, сломленный жизнью военный, в типичном для армии Российской империи мундире, с золотыми погонами, и высокий плотный вояка в камуфляже, с радиостанцией на поясе, кобурой на бедре и с наушником в ухе.

Николая посмотрел мне в глаза и скривившись проговорил:

— Вы презираете меня, генерал?

— Ваше Императорское Величество…

— Бросьте, Сергей Иванович, давайте по-простому, без чинов.