Всегда война Часть 10 (СИ)

Можете просто обращаться ко мне, Николай Александрович. Вон даже Вилли разрешил его называть Вильгельмом, а это дорого стоит. Все же, ответьте на мой вопрос, вы меня презираете?

— Почему вы так решили? Я и мои люди вроде не давали поводов усомниться ни в нашей лояльности нынешней власти Российской империи, ни в неадекватном отношении к членам императорской фамилии.

Николай опять затянулся и невесело усмехнулся, понимая, что на откровенность я не хочу идти, но поговорить все же надо.

— Как бы то ни было, вы делаете все, чтобы спасти Россию, а с ней меня и мою семью, хотя, по зрелому размышлению, могли бы сделать ставку на кого-нибудь другого.

При ваших возможностях и знаниях, особого труда, я думаю, этого бы не составило.

— Вы считаете, мы можем так легко вертеть жизнями и менять властителей как перчатки?

— У вас есть большое преимущество — вы знаете на кого надо опереться. У меня такой возможности не было и нет. Часто люди, на которых я надеюсь, которым доверяю, не оправдывают возложенных на них надежд. Я, когда в ваших документах почитал про генерала Келлера, понял, почему вы его порекомендовали моей матушке.

Это же волкодав, который порвет любого и себе таких же он подобрал в дивизию. А теперь после ВАШЕГО обучения и вооружения ВАШИМ оружием, он стал легендой. Капитан первого ранга Колчак, Иванов. Я слышал и читал про многих и был поражен предательством Рузского, Алексеева, Эверта. Поэтому и возник вопрос про ваше отношение лично ко мне. И то, что вы, по пришествии в наш мир через сестрицу Ольгу вышли на мою матушку, а не на меня, говорит только об одном — вы в меня не верите. А эта история про фамильные драгоценности — правда?

— Истинная правда.

Вас предали и уже давно. Просто в Российскую империю изначально был заложен настолько мощный задел прочности, что чтоб ее разрушить понадобились десятилетия подрывной деятельности и кровавая мировая война, которая поставила точку в истории многовековой державы как монархии.

— Вы не любите монархов?

— Я? Нет, мне все равно. Меня раздражают огромные, ненужные потери России во время Первой мировой войны, еще большие жертвы Гражданской. Потом начались качели коллективизации, когда революционеры начали перестраивать Россию под свои понятия государственности и все это сопровождалось жесточайшим террором к идейным противникам.

Потом была Вторая Мировая война, а в нашей истории она называется Великой Отечественной войной и потери были тоже огромными — около тридцати миллионов человек. Вот это мне не нравится, вот это меня бесит и заставляет скрежетать зубами.

Я замолчал на пару мгновений и продолжил.

— Нас, в нашем мире осталось очень мало, и мы все прячемся по подземным убежищам, потому что на поверхности воздух отравлен.