Загадка неуловимого доктора

Дальнейшее развитие событий доказало ребятам, что Санька была не совсем права по поводу Гошиной глухоты. Видимо, этот парень все-таки что-то услышал. Во всяком случае, позабыв о свекле, он высоко поднял голову и недоуменно уставился на химичку.

Ребята охнули. Михаил Петрович и Арсений Владимирович сидели «по стойке «смирно». Все ждали обморока химички. Но Алевтина Борисовна на сей раз не спешила лишаться чувств. Напротив, она со всей решительностью кинулась атаковать врага.

Начала она с кофе. По-видимому, Алевтина Борисовна хотела плеснуть из стакана в морду удава. Однако меткость ей изменила, и весь кофе достался поровну Арсению Владимировичу и Михаилу Петровичу. Оба руководителя хором взвыли и, быстро вскочив, принялись отряхиваться.

Химичка тем временем напала на бедного Гошу. Вцепившись ему двумя руками в шею — хотя кто там вообще разберет, где у змеи тело, а где шея? — Алевтина Борисовна с криками: «Я тебе сейчас покажу, негодяй!» — принялась душить несчастную рептилию.

Нервы у братьев Пашковых не выдержали. Перекрывая воинственные вопли химички и крики боли, которые по-прежнему исторгало ошпаренное руководство школы, братья воскликнули: «Не убивайте, пожалуйста, Гошу! Он ни в чем не виноват!»

ПЕРЕСТРЕЛКА НА ПРОСПЕКТЕ МИРА

Гошино право на жизнь общими усилиями Компании с Большой Спасской и «группы резерва» удалось отстоять. Правда, усилий потребовалось немало. Олег, Лешка и Женька держали извивающуюся химичку. Темыч и Сашок пытались разжать ее руки, мертвой хваткой вцепившиеся в тело змеи. Девчонки оказывали моральную поддержку, одновременно пытаясь растолковать суть происшествия директору и заместителю, которые к этому времени уже немного остыли от горячего кофейного душа. Правда, как позже утверждал Сашок, Гоша все равно накрылся бы медным тазом, не подоспей вовремя на подмогу Марат Ахметов и Боря Савушкин.

Дожевывая на бегу антрекоты, два признанных силача десятого «Б» кинулись на выручку основной части живого уголка две тысячи первой. И только после того, как Марат применил какой-то особый «парализующий прием», которому научился от старшего охранника отца, Олеся Убейволка, химичка была побеждена.

— Борька, прикинь, — с восхищением посмотрел Марат на враз обмякшую Алевтину. — С виду в чем только душа держится, а в Гошу вцепилась, как бультерьер.

Впрочем, «парализующий прием» подействовал на химичку лишь мимолетно. Мгновение спустя нервная учительница взвилась со стула, куда ее бережно усадили Марат и Боря, и предприняла новую атаку на несчастного Гошу.

Ярость химички в какой-то степени можно было понять.

Лешка Пашков, пользуясь общим замешательством, поставил очередной эксперимент. А именно: щедро скармливал Гонте вареную свеклу и другие овощи из Алевтининой тарелки.