Здравствуй, Мир!

У кого на что больше фантазии хватит.

Недалеко послышался топот копыт. Топот приближался. Я приоткрыл глаз и глянул в сторону, откуда доносился звук.

Глянул, и не пожалел об этом: с той стороны, по склону холма поднималось Чудо. Картинка. Арт в стиле фэнтези…

Стройная тонконогая белая лошадь с шелковистой светлой гривой. На ней восседает девушка в белом, типично-фэнтезийном одеянии мага, только не «мини», а макси. То есть, в штанах, сапожках, в «китайского» покроя хитоне с длинными полами и длинным разрезом сзади и спереди, таким, что две половинки подола опускались с двух разных боков от лошади. В момент, когда девушка спешится, эти половинки, должно быть, сойдутся и образуют собой юбку чуть ниже колен, опускающуюся.

Лица девушки видно не было, так как на голове у неё был капюшон, соединённый с хитоном… хотя, какой это уже хитон? Если у него длинные полы и капюшон есть? С другой стороны, более подходящего названия я всё равно не знаю. Может быть, халат?

К седлу девушки были приторочены ножны с тонким длинным мечом, рядом с которым, параллельно ему, крепился чехол с коротким жезлом.

Где-то за двадцать метров от меня, девушка остановила своего коня (или кобылу? Как-то я не очень присматривался к анатомическим особенностям животного, определяющим его половую принадлежность. На девушку смотреть было приятней), спрыгнула с него на землю и решительно двинулась ко мне.

— Стой! — будто сам по себе прыгнул мне в руку черен от копья и «выстрелил» в сторону незнакомки на полную длину, останавливая её за два метра от моих цветов и от меня соответственно. — Ближе не подходи — траву испортишь.

— Иван Дмитриевич? — она остановилась и из-под капюшона раздался её удивлённый голос. Очень, блин, знакомый голос.

— Шифеева? — вскинул в удивлении бровь я. — Да ладно?

— Вы меня ещё помните? — скинула с головы капюшон девушка. — Правда?

— Ну, тебя сложно забыть, — хмыкнул я. — На моих уроках ты выделывалась так, что не замечать было невозможно. И голос твой мне хорошо запомнился. Однако, сколько, лет двенадцать прошло? Тринадцать?

— Двенадцать, — отозвалась она. — Двенадцать лет, как я уже в этом мире.

— О как, — хмыкнул я.

— А почему подойти мне нельзя? — заинтересовалась девушка.

— На тебе, по-любому, металл есть. А с металлом, любым, к алхимическому необработанному растительному реагенту подходить нельзя. Требование заказчика.

— Хм, — задумалась она. — Ладно, — после чего вернулась к своему четвероногому транспорту и принялась разоблачаться.

Скинула свой плащ-хитон, убрала его в седельную сумку. Туда же положила серьги, кольца, ножны с кинжалом, что отстегнула с пояса. Сам пояс, на котором была железная пряжка. Отстегнула от щиколотки под штанами ещё один кинжал поменьше.