Здравствуй, Мир!

 — Например, хорошо раскачавшийся боевой маг может при благоприятных условиях и отсутствии серьёзного противодействия со стороны аналогичных по уровню боевых единиц, сжечь целый город, немногим уступающий тому же Камишу.

Я присвистнул. Потом подумал и сказал.

— Меня, сразу после призыва, на улицу выставили. Сто золотых сунули и посоветовали не возвращаться… Не логично как-то, если я так дорого стою и такой потенциально мощный.

— Что, правда, что ли? — удивилась девушка.

— Да, — подтвердил я. Она задумалась. Минут пять думала.

— Ну, это значит, что за Ганолом в этом призыве точно кто-то другой стоит.

— Почему? Как это связано?

— Мне кажется, что местные вас специально «отбраковали», чтобы у себя потом оставить. Денег дали, от основной группы убрали. Попозже подойдут с каким-нибудь заманчивым предложением. Качнуться помогут… Я бы так сделала. А заказчику и тех шестерых юнцов хватит. Уверена, что ему про вас и не скажут даже. Большой Призыв же от пяти до десяти Героев призвать может. Шесть — нормальный результат. А седьмой… ну, не получился. Бывает.

— Хм… ну, я похожим образом рассуждал, — признался ей. — Правда, без учёта возможной несамостоятельности Ганольцев…

— Схема достаточно очевидная, — пожала плечами девушка. Помолчали. — А как оно там? Дома?

— Обычно, — пожал плечами уже я.

— Вы всё ещё в армии?

— Нет, я три года уже, как уволился.

— В школу вернулся. Учительствую.

— Жена, дети? Вы же вроде бы тогда с «англичанкой» этой, из младшей школы сошлись? Из-за неё и в армию пошли?

— Как сошлись, так и разошлись, — философски пожал плечами я. — Двух лет вместе не прожили. Детей не нажили.

— А потом? — со странной интонацией спросила она.

— Да как-то так не сложилось, — пожал плечами я. — Не до того было… Что ты делаешь? — удивлённо вскинул брови я, глядя на то, как она принялась расстёгивать свою рубашку.

— А вы сами как думаете? — хмыкнула она, заканчивая с пуговицами и снимая её совсем, после чего принимаясь снимать какой-то сложный предмет здешней женской экипировки, по-видимому выполнявший функцию, близкую к земному бюстгалтеру.

— Ты серьёзно? — ещё выше поднял брови и шире распахнул глаза я.

— Ну а что? Вы — человек взрослый, я тоже давно не девочка. Чего ж время тогда терять?

— Хм, — не нашёлся я что на это ответить. — Действительно…

«Что это вообще было?» — вяло крутилась в голове мысль. Я лежал на своём «коврике», расстеленном на земле и накрытом сверху спальником (привычка — вторая натура. Даже в такой стремительной, странной и непонятной ситуации спину надо беречь, и она потом скажет тебе спасибо. Секс мимолётен, спина — вечна!).

Лежал один. Я только что проснулся. Солнце уже клонилось к горизонту.