Адвокат. Судья. Вор

– Почему? – быстро переспросил Серегин.

Марков снова вздохнул, видно было, что отвечать ему не хочется, но вдруг опера словно прорвало:

– Почему-почему… Потому! Не дали ту мокруху раскрутить, понимаешь? Люди там серьезные оказались замешаны… Ты же про такое все равно не напишешь…

– Какие люди? – продолжал наседать Андрей и вдруг неожиданно для самого себя спросил наугад: – Антибиотик?

Степа вздрогнул и словно очнулся. Прищурившись, он посмотрел Обнорскому в глаза:

– Что-то ты больно много знаешь для журналиста… Откуда?

– Да ничего я не знаю! – с досадой ответил Серегин.

 – Я хотел Олега Варфоломеева найти, поговорить с ним – выяснилось, что он умер. А про брата его убитого я вообще ничего не знал, пока ты не сказал… А тебе странными такие совпадения не кажутся – сначала один брат погибает, потом другой, а?

– Кажутся, – буркнул Марков. – А дальше что?

– Ничего, – пожал плечами Андрей. – А ты не мог бы мне поподробнее про убийство Дмитрия Варфоломеева рассказать?

Степа задумался. Ему вспомнилось, как совсем недавно о том же самом спрашивал Ващанов… Теперь вот журналист этот той историей интересуется… Все это показалось Маркову несколько странным, и он почувствовал какое-то смутное беспокойство.

– Рассказать-то можно, – медленно ответил наконец опер. – Только знаешь что… давай не сегодня… У меня сейчас с работой завал… Ты через пару дней позвони мне, тогда и поговорим… Ладно?

– Хорошо, – кивнул Андрей, не понимавший, отчего это у Маркова вдруг переменилось настроение. – Я позвоню.

Степа отметил пропуск Обнорского у дежурного и проводил Андрея до поста на первом этаже.

Возможно, если бы обстоятельства сложились по-другому, Марков действительно рассказал бы Серегину многое о той старой истории с убитым антикварщиком.

Но на следующий день в гувэдэшной столовой Степа пересекся с Гошей Субботиным, давним своим приятелем, тем самым, кстати, с которым они вместе убийство Дмитрия Сергеевича поднять пытались. С Гошей их тогда и в Читу вместе законопатили… Так вот Субботин за тарелкой супа рассказал Маркову возмущенно, как несколько дней назад нахватили они одного журналиста по теме убийства искусствоведа Лебедевой, и как дура следачка Лидка Поспелова парня отпустила, вместо того чтобы колоть его до полной сознанки… Нет, Гоша не считал, что журналист сам кого-то мочил, но он явно знал что-то…

– Как фамилия журналиста? – напряженным голосом спросил Марков, забыв про суп.

– Серегин… Точнее, Обнорский… А что? – удивился Гоша.

– Да так… Ничего, – ответил Марков. – Просто интересно…

Интересно стало Степе настолько, что он напряг все свои оперативные возможности для наведения подробных справок о Серегине.