Адвокат вольного города 4 (СИ)

Скажем, я могу сказать, что эти молодые люди приезжие и что правоохранительные органы вольного города к ним ни разу не предъявляли обвинения. С другой стороны, Аркадий, они и к Вам не предъявляли, но хороший ли Вы человек?

— Философский вопрос, верно? Скажем, из-за Вас изменилась судьба многих людей, а у кого-то даже и жизнь оборвалась. Но в глубине души, — вздохнул он, — Вы считаете себя хорошим человеком. Я и не спорю с этим, и не соглашаюсь. Просто не даю моральной оценки.

— Эко Вы глубоко, Нико… В смысле, господин Иванов. Ну, хорошо, а как узнать, находятся ли он в розыске в империи, например?

— Спрашивайте об этом там, у нас такой информации нет.

— Но ведь их настоящих имён у меня нет.

— Увы. Но Вы помните о том, что мы, как правило, не помогаем работе полиции, у нас с ними несколько разные цели.

— А по ситуации с заводом, захват, англичане?

— Учётное управление считает, что информация есть, но она предназначена только для внутреннего служебного пользования.

— То есть Вы мне её не скажете?

— Увы, это за пределами правил. А зачем Вам такая информация?

Я задумался. Вообще-то хотелось использовать бандитов, как камикадзе против «сольпуг», да и вообще, история с заводом мне не понравилась. С другой стороны, я в большей степени успокаиваю совесть, которая не велит мне вредить собственным клиентам.

— Вот видите, Вы молчите. Хотите моральной оценки? Делайте её сами, Вы взрослый человек. А нужны слухи, ступайте к старику Йосифу на центральном рынке, только не забудьте водку и хлеба для воробьёв.

А ведь я слышал уже это имя и даже один разок бывал у него.

— Вы правы, Ник… господин Иванов, мне надо разобраться в себе и понять, чего я хочу, то есть сделать то, чего советую своим клиентам. И к старику тоже схожу, давно голубей не кормил.

Джо, конечно, удивился нашей точке назначения, да и рынки, как таковые, совершенно не казались ему безопасным местом, ведь последнее нападение там и произошло.

Водка в кармане, хлеб в другом (патриарха бы не встретить, его бы точно Кондратий хватил).

Старик Йосиф торчал в самом центре рынка и профессионально делал вид, что починяет обувь.

— А почём нынче туфли подновить?

— Шо за вопрос? Как всегда, от рубля до мильёна, — усмехнулся Йосиф, торговля, как таковая, его мало интересовала.

— А говорят, у Вас можно что-то спросить, — я поставил на крошечный столик, возле которого располагались крошечные деревянные и жутко потрёпанные жизнью стулья, бутылку водки. Напиток был ледяным, стекло бутылки стремительно запотевало

— Ну, разве что чуточку спросить, в такую-то рань, — с лёгким сомнением покосился на подношение сапожник. — А кто Вы таки такой? Ваше лицо мне не до конца знакомо.

— Первый, самый младший. Я приехал в город раньше всех.