Аромат тьмы

И главное, расширение возможностей Рахель, поспособствовало тому, что и на меня стали многозначительно посматривать, видимо гадая, что будет с моим даром, если нам с Фреем повезет родить малыша. Досмотрелись, деятели! Новость, что сильнейший и совершенно непривычный голод, благодаря которому я как пылесос у всех мрак вытягиваю, связан с моей беременностью — близнецами! — чуть не свалила Фрея. Счастьем, конечно же!

Я тоже сначала опешила от счастья, но потом радовалась чуть меньше. Во-первых, теперь вечно голодная. Во-вторых, у моей старшей сестры двойня была, уж кому как не мне, знать, насколько тяжело бывает молодой мамочке сразу с двумя малышами. Еще немножечко расстроилась, что моя карьера защитника прерывается на неизвестное время. Фрей помог мне быстро освоить местную юриспруденцию, а дальше я сама пробивала себе путь по выбранной еще на Земле стезе. Это было отличное и азартное время. Столько всего нового, интересного, порой грустного, но чаще потрясающего происходило, что дышалось полной грудью.

Я нашла себя как жена: Фрей любил меня как какое-то божество, фанатично и преданно. И я отвечала ему не меньшей любовью. Мы любую свободную минуту проводили вместе, наслаждаясь друг другом и своими чувствами.

Он помог мне состояться как профессионалу, сохранить и развить свою личность, не ограничивая фактически ни в чем. Скорее поддерживая любые мои начинания и безумства, и с радостью во всем участвуя.

А теперь мне предстояло состояться как матери. Поэтому я на неопределенное время оставила офис на Шаэде. Не загадывая насколько. Мне хотелось в полной мере насладиться материнством и дать своим детям все, что можно и нужно.

И вот, мне скоро рожать, я похожа на шарик на ножках, а вокруг — никого. Даже Фрей, чмокнув меня в щеку, ушел по делам. И пусть его всего час не было, но такое чувство, словно месяц отсутствовал. Ох и шалят мои гормоны, эмоции… будто я на горках.

Я брела по неожиданно опустевшим улицам Оплота, заглядывала туда-сюда, но тщетно. Даже несколько обидно стало, хоть волком вой. Вскоре, к своему стыду, и вправду с подвыванием, беззастенчиво называла вещи своими именами:

— Еда, еда, еда, ты где-е? Ау-у, ну где вы все-е?

А в ответ тишина, тягостная. Ну меня прямо зло разобрало:

— Эй, вы, редиски! Я беременная женщина, меня кормить нужно, а вы, гадюки, все расползлись по углам!

В общем, устроила интеллигентный дебош в парадном. Осталось выпить кофе и процитировать Бальмонта.

Уже раздумывала: продолжать или угомониться, как из портала мне навстречу вышел Фрей и обеспокоенно спросил:

— Перчик, ты зачем из дома вышла? Еще и бродишь здесь в одиночку, мало ли что…

— Я есть хочу, а меня никто не хочет кормить. А ведь у меня дети-и… — заныла я.