Аромат тьмы

— С тобой слишком много проблем, Леся, — с угрозой прошипела Лесира.

— Тогда отпустите! — зло выплюнула я, дернув прикованной рукой.

— Обязательно, как придет время, — равнодушно пообещал Элиан, уводя взбешенную жену-маньячку из опочивальни.

И ушли, оставив меня прикованной к кровати. Осмотрев порванное и почерневшее платье, затем ощупав всю себя, убедилась, что совершенно целая и невредимая. Помимо мешка с припасами мне оставили под кроватью горшок и кувшин с водой рядом с кроватью. Заботливые, сил нет… чтобы проклясть.

Глава 7 Кровавый Фрей

Стоило остаться одной, я отложила мешок в сторону, встала на колени и занялась изучением изголовья. К сожалению, кровать хоть и деревянная, но сделана на совесть и украшающие изголовье с прихотливым растительным орнаментом кованые финтифлюшки, к которым меня пристегнули наручниками, оказалась мне не по зубам. Как и наручники, точнее тяжелые, узкие кандалы на цепи. В них не было ни капли магии, только железо, но они плотно обхватили кисти, даже если бы я каким-то чудом выбила, как в кино, сустав, избавиться от них не смогла.

— Сволочи, сволочи, козлы, — рычала я со слезами и в очередной отчаянной попытке еще раз дернула руками за цепь, упираясь пятками в изголовье.

Но разомкнуть звенья цепи или развести клинья кандалов не вышло. Я даже вспотела от усилий, несмотря на вымораживающий холод мрака, снова щедро залитый в меня Лесирой при лечении. Сев по-турецки, я в полной безнадеге уставилась на собственные руки. И содрогнулась от пришедшей в голову шальной мысли, но уже спустя минуту попыталась воплотить ее в жизнь, впившись зубами в запястье. Как говорится, отчаянные времена — отчаянные решения. Но даже обычный сильный укус оказался настолько болезненным, что продолжать отгрызать себе руку я не смогла. Даже с учетом надвигающейся смерти.

«Господи, помоги мне, пожалуйста!» — завыла я от бессилия, уткнувшись лицом в подушку. Но никто не ответил, а разгорающийся за окном нереально багровый рассвет, наверняка торжествующий победу над Мраком, добавил мне ощущение приближающейся катастрофы. Выплакавшись, я зябко передернулась и, найдя взглядом на краю кровати отброшенное несколько часов назад в предвкушении свободы и побега меховое манто, натянула его на себя.

Себя было жалко и так страшно, что я машинально свернулась несчастным клубочком, шмыгавшим сопливым носом. У соседней подушки сиротливо лежал мешок с едой. Мой фееричный, в буквальном смысле, подрыв вместе со стеной фаером Элиана, последовавшее исцеление Лесирой, дичайший стресс и недели голодовки, быстро исчерпали ресурсы — снова невыносимо захотелось есть, даже страх отступил. Живот заурчал, громко сообщая, что нам с ним, помимо всего прочего, грозит приступ голода.