Бандитский век короток

Сел, привалившись спиной к стене, и вытер связанными руками текущую по щеке кровь.

— Паша, где Ольга? — глядя ему в глаза, спросил Гром.

Кастрат некоторое время молчал, ворочая глазами по сторонам, затем хитро усмехнулся:

— Какая Ольга? Их здесь у меня много.

— Паша, не зли меня. Где Ольга? — тихо повторил Гром.

Но бандит молчал, с ненавистью глядя на Алексея.

— Я знаю, где она, — услышал Гром. Он обернулся и встретил огромные синие глаза.

— Идем, оловянный солдатик, так и быть, отведу тебя к невесте, — грустно улыбнулась Света.

— Сестра она моя, — буркнул Гром. Он заметил, как радостно блеснули глаза девушки, разгладились едва заметные горестные морщинки у губ.

— Олег, подруг на улицу, а с Кастрата глаз не спускай, — распорядился Гром и кивнул головой Светлане: — Веди.

Когда они проходили мимо Павла, тот злобно прохрипел:

— Всё, курва, тебе не жить!

— В гра-абу я тебя видала, козёл долбаный, — пропела девушка.

И так забавно вильнула попкой, переступая через ноги лежащего бандита, что Гром, несмотря на всю серьёзность момента, рассмеялся.

В подвале Света показала Грому неприметную дверь, замаскированную штабелем пустых ящиков. На двери висел огромный навесной замок. Отойдя на пару шагов, Гром выпустил короткую очередь. Замок был сбит и с глухим стуком упал на бетонный пол.

Забранная проволочной сеткой, тусклая лампочка под потолком освещала маленькую комнатку с сырыми бетонными стенами, в которой находились только кровать, стул и тумбочка с разложенными на ней пузырьками и шприцами.

Гром не видел всего этого. Упав на колени у кровати, он обнял худенькие Ольгины плечи и прижав к себе легкое, почти невесомое тело сестры, завыл, застонал по-звериному, увидев на локтевых сгибах многочисленные следы уколов.

Медленно раскрылись огромные фиалковые глаза.

— Олюшка, сестрёнка,  — прошептал Алексей.

Ольга икнула, хихикнула вдруг и сказала:

— Не бей меня, дяденька, я тебе минет сделаю… — По подбородку ее стекла тягучая капелька слюны.

— Сережа, нам пора уходить.

Гром обернулся. Стоящая у двери Светлана протягивала ему грязное одеяло. Завернув в него обнаженную Ольгу, Гром поднялся в гостиную. Там он застал Олега, что есть силы лупившего по щекам потерявшего сознание Кастрата. Ждан так был увлечен этим занятием, что даже не сразу заметил Алексея.

— Олежек, бери Светку, Олю и на улицу. Да брось ты его! — прикрикнул Гром, видя, что Олег продолжает бить Кастрата.

Пнув ещё пару раз бесчувственное тело, Ждан взял из рук Грома завернутую в одеяло Ольгу и направился к выходу. Он и бровью не повел при виде ее изможденного, бледного лица. Это неприятно поразило Грома. В эту минуту на полу тяжело заворочался пришедший в себя Кастрат. Его опухшее от побоев лицо выражало смертельную ненависть.