Чехов. Книга 10. Грехи отцов

И полагаю, что он должен быть последним… Анатолий Викторович, прекратите вести со мной эту войну! Потому как сейчас я пока на нее не пришел. Я позволяю вам понять, что эту битву вам не выиграть. Вы один, а моих слуг — легион. И если вы рассчитываете на своего приятеля, который по недоразумению попал в новый отдел охранки, то вы здорово просчитались.

— Грядут перемены, князь. И они разрушат крохотный мирок тех, кто решил, что может держать некроманта на привязи. Вы поймете, почему даже император со всей своей силой и влиянием, просит мою бабушку прийти в свою резиденцию… Просит, а не приказывает! Потому что в мудрости своей он понимает суть — нельзя давить на тех, кто управляет мертвыми.

Призраков намного больше, чем живых. И каждый живой остается смертным. Даже вы однажды можете стать тем, кто будет просить у некроманта покормить его или проводить на другую сторону…

Князь внезапно стал казаться меньше. Его плечи поникли, и он слабо спросил:

— Зачем вы пришли сюда? Что хотели от меня?

— Оставьте свою старшую дочь в покое, — холодно посоветовал я. — Елена Анатольевна больше не в вашей власти. И так все и останется.

Прекратите плести интриги против меня. Если я узнаю о том, что вы решили продолжить, то я разверну войну, к которой вы не готовы.

— Вы решили оставить Елену этому варвару? — с болью спросил судья.

— Наконец, вам стала небезразлична ее судьба? — удивился я.

— Она первосортная княжна. Породистая и дорогая. Она может стать княгиней, спутницей главы достойного рода. Это преступление — отдать ее в услужение вчерашнему безродному…

Я задумчиво потер переносицу. А затем произнес:

— А мне вы готовы были ее отдать без сожалений… Да что с вами не так? Она — ваша дочь! Плоть от плоти и кровь от крови.

Она пошла на все, чтобы вам угодить, чтобы прикрыть свою младшую сестру…

— Что она вам наговорила? — вспыхнул мужчина. — Треплет языком…

— Вы правда считаете меня настолько глупым? Или полагаете, что начальник кустодиев не смог выяснить, почему ему достался подарок в виде породистой и дорогой княжны?

— Он на самом деле стал начальником? — оживился судья. — Александр Васильевич уходит с должности? Быть может и неплохо, что Елена останется в доме Станислава Александровича. В конце концов, хорошая женщина из любого черта может сделать ангела!

— Вы не думали о том, чтобы посетить душеправа? — обеспокоенно спросил я.

— С вами определенно что-то не так.

— Бросьте, Павел Филиппович! Пусть все сложилось не так, как я рассчитывал, но наши семьи все же некоторым образом породнились. Вы ведь не можете это отрицать…

Я скрестил руки на груди и откинулся на спинку кресла.

— Вы, вероятно, меня не услышали… Станислав Александрович не взял вашу дочь в жены. По закону он и не должен был этого делать.