Чехов. Книга 10. Грехи отцов

А ведь каждый из них мог поступиться своей свободой и продаться. Разве нет?

Фома принял такой встревоженный вид, что мне стало не по себе. Потому я поторопился его успокоить.

— Есть другой способ приобрести отчество.

— Да? — с надеждой уточнил парень.

— Можно его купить, заплатив в казну империи определенную сумму. Или получить в награду за особые заслуги.

— Купить, значит, — тут же заворчал парень и нахмурился.

— Но если это не подходит, то всегда можно найти кого-то, кого надо чтить…

— Купить так купить, — быстро перебил меня Питерский. — Деньги — дело наживное.

— И давно ты это понял? — усмехнулся я, памятуя о бережливости помощника.

— Ну вы из меня скупердяя-то не делайте, — фыркнул Фома. — Я когда надо готов потратиться.

Тут он насторожился и посмотрел на меня с подозрением:

— Отчество можно будет выбрать любое. Хоть такое же, как у императора.

— Да ну?! — восхитился парень. — То есть я могу стать Фомой Александровичем? Или даже Станиславовичем?

— Если пожелаешь, — кивнул я.

Парень улыбнулся и вдруг погрустнел.

— Что-то не так? — осведомился я.

— Я бы хотел взять отчество от имени своего отца. Чтобы каждый раз, когда меня кто-то звал, где-то в другом мире ему становилось чуточку теплее. Я хоть его и не знал, но уверен, что мать мою он любил. И меня бы тоже любил, если бы не помер. Но тут его вины передо мной нет. Судьба такая.

— И как же его звали?

Фома вздохнул и тихонько произнес:

— Ведай. Стало быть и я стану Ведович.

— Какое редкое имя, — заметил я.

— Как и отца нашего Лаврентия. Его дед назвал сына Лавай. В честь одного горного духа.

— Не знал, — удивился я.

— Эта семейка лекарская всю свою историю только и занималась тем, что всякую нечисть повсюду искала. И записывала о таких как я сказки.

Мне подумалось, что судьба сыграла со всеми нами забавную шутку, связав наши пути в один узел.

Я вынул из кармана телефон, нашел в списке контактов номер Нечаевой, нажал на кнопку вызова.

— Слушаю, Павел Филиппович, — послышался в динамике голос секретаря.

— Доброе утро, Арина Родионовна, — произнёс я и быстро поправился. — Вернее, уже день. Не могли бы вы договориться о встрече.

— По делу о наследстве? — уточнила Нечаева. — Решили, наконец, закрыть это его?

— Фома еще с утра попросил у меня адрес, — ответила секретарь. — Сейчас я позвоню и договорюсь о визите.

Она завершила вызов. Я же откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза, пожалев, что не взял папку с делом. И теперь пытался вспомнить обстоятельства. Вроде бы человек обращался из-за завещания, по которому ему достался только кот. Хорошо бы посмотреть само завещание…

Размышления прервал зазвонивший в кармане телефон. Я вынул его. На экране высвечивался номер Нечаевой.