Чехов. Книга 10. Грехи отцов

Девушка побледнела и растерянно оглядывалась, словно искала кого-то, способного ей помочь. Наконец, она уставилась на меня, и в глазах ее блеснула злоба.

— Радость пришла в наш дом, — подтвердил Морозов и повернулся к Екатерине Юрьевне. — Уверяю вас, финал этой встречи в Яблоневом Саду запомнят надолго… Не пора ли отпускать гостей? Они уже устали и полны впечатлений.

Девушка с готовностью кивнула и довольно громко объявила:

— Вечер был долгим и, надеюсь, очень приятным! Мы будем рады, если вы оставите несколько слов благодарности в гостевой книге. У парадного входа всех ждут машины. Просьба не толкаться…

Народ тут же встал со своих мест и довольно бодро потянулся к выходу, чтобы успеть до возникновения пробки на выезде. Мы же с Нечаевой вышли на сцену, чтобы поздравить Зимина. За нами подошел Шуйский.

Распорядительница праздника покачала головой, глядя в спины гостям.

— Каждый раз ломятся к выходу, словно не могут задержаться хоть ненадолго…

— Для них вечер оказался хлопотным, — предположил Дмитрий Васильевич и осекся под оценивающим взглядом Екатерины.

Морозов же буквально сиял, словно заключил лучшую сделку в своей жизни. Он махнул рукой, будто отпуская «молодых».

— Станислав Александрович, отвезите девицу к себе домой. Ей наверняка нужно отдохнуть.

— Зачем так торопиться? — очнулась Екатерина Юрьевна. — Девушка должна прийти в себя от потрясения…

— Какого потрясения? — вдруг подобрался глава кустодиев. — Княжна пришла сюда, точно зная, о чем заявит. Она выбрала для своего платья цвета Чехова, потому как решила, что теперь принадлежит нашей семье…

— Она не трофей, — осторожно возразила девушка в зеленом, но Морозов равнодушно пожал плечами.

— Вы сами ратуете за соблюдение традиций, — терпеливо принялся пояснять он, — и должны понимать, какой закон сами призвали нас соблюсти… И прямо сейчас мы в точности его исполняем. Девушка больше не принадлежит своей семье. Теперь она — спутница моего названого сына. И должна проявить покорность.

— Но ритуала в храме не было… — продолжала упираться Екатерина.

— Какого ритуала? — невинно осведомился Морозов.

— Брачного, — непослушными губами пролепетала Свиридова.

— Елена Анатольевна, вам стоило ознакомиться с законом, по которому вы стали частью нашей семьи, или же обратиться к грамотному юристу, который сумел бы вам все разъяснить… И вы бы могли избежать исполнения условий! Мы на них не настаивали, но раз вы решили быть покорной своей судьбе, то ступайте за своим спутником и принимайте свою судьбу, как и положено спасенной. Для своей старой семьи вы мертвы. Впрочем, как и для всех прочих. Вы получите новое имя и свое место в нашей семье…

Зимин стянул с себя пиджак и набросил на поникшие плечи Свиридовой.