Человек из Пекла. Книга 3

На таких тварей Горец Охотников ещё не выводил. Люди снова переглянулись. Медоед обернулся к ним, ощутив их лёгкие сомнения. Птаха вздрогнула, встретившись с почерневшими глазами Димы взглядом и тут же поняла, он не то что справится, для него такая схватка, как разминка лёгкая. Заострившееся отчего-то лицо парня на мгновение тронула улыбка, мол, вижу, поняла и он вдруг сорвался с места навстречу тварям.

Заражённые ещё только начали понимать, что их убивают, что этот мягкотелый на самом деле вовсе не пахнущая сладким страхом добыча, а уже лишились Вожака, несущегося впереди стаи. Медоед сблизился с тварями слишком быстро, чтобы те успели среагировать на запах Врага, а когда ими начал завладевать ужас, они ещё и лишились возможности управлять своими же телами, это сработала Контузия, мир для них перевернулся…

Охотники в это же время наблюдали, как Медоед, словно горячий нож сквозь масло, "прошёл" через всю стаю. Первым умер Вожак, врезавшись уже безвредным, но почти в тонну веса куском мяса в автомобиль, собрав в кучу ещё два впереди стоящих. Мудрить с рубером Дима не стал, использовал Сдвиг. Им же сработал и по отстающим топтунам. Затем в стороны полетели отрезанные конечности двух или может трёх тварей, а остальные, что ещё остались в живых, вдруг смешно дернулись и с ходу грохнулись среди машин, подняв страшный грохот и скрежет. Два автомобиля от столь мощных ударов влетевших в них тел кусачей перевернуло.

Ещё через несколько секунд всё закончилось, слышалось только далёкое расходящееся эхо от устроенного заражёнными грохота. Показался и Медоед. Он спокойно шагал обратно, перескакивая с машины на машину. Крюки уже в ножнах, мечи держит для удобства обратным хватом.

Птаха, поражённая столь быстрой расправой, не сразу услышала слова подошедшего Димы.

—…их догонять и ускоряться, шума подняли, чёрт их дери…

Шип и Аспирин кивнули.

— А? — она "очнулась" и перевела взгляд с места, где за секунды сдохли восемь довольно серьёзных тварей на Диму.

— Пустышей, говорю, хорош считать, идёмте, нам бы ускориться ещё, шума подняли.

И только на следующем привале Охотница, наконец, поняла, что видела и чем отличаются отец и сын и в очередной раз убедилась в их правоте на счёт оружия и Даров. Если Горец, это стихия, цунами или лавина, то Медоед… это ледяной расчет и голая эффективность. Ни единого лишнего движения, одно перетекает в другое, а оно в третье, чтобы в итоге закончиться смертельным ударом при минимуме затрат.

Птаха точно запомнила тот момент, когда размашистые и лёгкие движения Медоеда, рванувшего на заражённых, вдруг резко, в один момент, сменились скупыми и экономными, но максимально выверенными и эффективными.