Человек из Пекла. Книга 3

На ночлег путники теперь становились не по темноте, как в первый день, а заранее, как только солнце начинало клониться к горизонту. Оставалось время найти место получше и поесть приготовить, чем, кстати, не обламывалась заниматься, в отличие от Лексы, Анжелика. Кумар "наводил" кисляк и можно было спокойно жечь костер или на туристической газовой мини-печи готовить. Хотя, готовить это круто сказано, закинуть крупу или макароны в воду и потом тушёнку с готовыми специями из пакетиков, много умения не надо.

Но что интересно, из-под Анжеликиной руки эта простая еда получалась гораздо вкуснее, чем если готовил кто-то из мужчин. Лекса при этом бесилась, но и сама ела, самое главное, молча. А Бесогон только убеждался в который раз, что не зря отвалил Стопарю пять красных жемчужин за его работу. Сравнить, какой была Олеся и стала, два разных человека, можно сказать.

В пути общались мало, хотя нет-нет, а задаст Бесогон какой вопрос, но полноценной беседы никогда не выходило. Опять же, по причине висящего напряжения, которое буквально излучала Лекса, для которой присутствие рядом Анжелики стало сродни изощрённой пытке.

Ну и опасность нападений заражённых никто не отменял. Потому и получалось больше как "вопрос-ответ".

Зато на привалах и перед ночёвкой путников прорывало. В основном, говорил Бесогон, рассказывая разные истории или случаи из жизни. Не молчали и Медоед с Анжеликой. Так напарники с удивлением, на второй день пути, узнали, что подруга Медоеда из Института, но на данный момент всякие отношения с Цитаделью оборвала, сама по себе, так сказать.

Очень удивились Кумар и Лекса, узнав, что Медоед "местный". Ещё Бесогон расспрашивал Диму о Пекле, не верить в его и Горца слова уже было попросту глупо. Сводились ответы Медоеда, правда, к достаточно сухому повествованию в стиле "жёстко, страшно и опасно, но выжить при определённых условиях там реально". У Бесогона в этом плане и свой интерес имелся, ведь его родной стаб не зря Перепутьем назывался или как ещё это поселение звали, но уже в намного более узком кругу, Последний Привал. Самому-то Бесогону в Крайний рейд ещё очень и очень рано, да и Проводником ему никогда не стать, не те кондиции, но узнать о Пекле хотелось побольше. То, что он видел сам в своём пока единственном, слава Улью, туда рейде являлось каплей в море, вот и ездил он по Приграничью, посещал разные стабы, общался с рейдерами, узнавая побольше об этой области.