Наследник для жестокого

Он сказал это для Лауры, чтобы она поняла, какую ошибку допустила, покусившись на меня, или… Андрей что-то начал ко мне испытывать?"

"Я все смотрела и смотрела в эти тёмные глаза, словно пытаясь найти в них ответ. Прочесть. Я чувствую его влечение ко мне. Но достаточно ли ему этого, чтобы прилюдно называть меня своей женщиной? А если у него уже что-то зародилась, то стоит ли мне это как-то… Использовать? Может, в самом деле последовать совету отца и влюбить его в себя? Может быть, тогда мы договоримся? Хотя, вероятно, он в таком случае, совсем меня задушит своей любовью и никогда не отпустит. Я никогда не избавлюсь от него. Нет, пусть тогда не любит лучше. Любовь такого человека абсолютно точно тоже будет жестокой. Я боюсь такой любви.

— Уже двенадцать, — сказал он негромко.

Отпустил мои плечи и прошёл к бару. Достал два фужера и бутылку шампанского. За секунду вскрыл её, а я зажмурилась и закрыла уши руками. Сквозь ладони услышала хриплый смех Гора.

— Да не бойся, я удержу. И тебя, и три пробки с шампанским. Смешная…

Налил шипучего напитка в фужеры и принёс к окну, возле которого я так и стояла.

— С новым годом, — протянул он один из них мне.

Я взяла шампанское, и даже отпила немного, хотя вообще-то я не пью. Но может, так мне будет менее больно? Говорят, что под алкоголем притупляются все чувства.

— Можно ещё? — спросила я, осушив бокал почти залпом.

— Напиться решила? — посмотрел он снова словно рентгеном в душу. — Не выйдет. Ты будешь все ощущать.

Да собаки его побери, он что — мысли мои читает? Телепат ещё сыскался! Хмуро уставилась в его грудь, потому что смотреть в лицо сил просто нет.

— Хотя… — наклонил он голову набок, разглядывая меня. — Может быть, пара бокалов раскрепостят тебя.

Андрей налил мне ещё, и я отпила почти половину бокала разом. Стало тепло. Даже жарко. То ли это камин уже основательно нагрел спальню, то ли алкоголь мне дал по мозгам, то ли присутствие и пристальное внимание Гора заставляло мои щеки пылать. Он утянул меня за руку к креслам у камина и налил ещё.

— В новый год принято дарить подарки, — сказал он, глядя на языки пламени, что сексуально облизывали поленья.

Я подняла на него слегка затуманенный шампанским взгляд.

— Я позволю тебе увидеться с сестрой.

В душе тоже затеплился огонёк. Горячее камина, приятнее. Предвкушение встречи с родным и близким человеком.

— Ты серьёзно? — спросила я.

— Похоже, что я люблю шутить? — изогнул он бровь.

— Нет, — ответила я. — А когда?

— Послезавтра. Завтра я хочу провести день с тобой, только вдвоём.

В душе заворочалось недовольство. Далась я ему! Даже в редкие выходные со мной хочет сидеть. Точнее, лежать. Знаю я его планы. Секс на завтрак, обед и ужин. Вижу это опасное пламя в глазах. И это не отражение огня камина.