Девушка с кулоном на шее
Штайнберг глуповато хихикнул. Ему показалось смешным вести рассказ о московском титулованном полицмейстере действующему столичному оперу. Шутку никто не поддержал, поэтому антиквар продолжил:
– Но вы же понимаете, к чему я клоню? Чтобы в дворянской семье и без паршивой овцы? Боже упаси! Не обошлось без этого и у Обресковых. Один из наследников аристократического рода Обресковых, не буду называть его имени, чтобы не порочить память усопшего, оказался вовлечен в беспрецедентный для своего времени и для своей среды скандал, связанный с кражей драгоценностей.
– Ваша правда, – сбиваясь на вычурную манеру речи хозяина, признался Гуров.
– Думали, «чердак» у старого маразматика поехал от одиночества, вот он байки первым захожалым прохожим и травит? Ан нет! С «чердаком» у меня все в порядке. Молодые позавидуют. И с памятью, как видите, не хуже. Ну да ладно. Продолжим экскурс в историю. Тогда Обрескова «за постыдный офицерскому званию поступок» разжаловали и лишили дворянства.
– Кулон в виде капли с гербом дворянского рода губернатора. – Стасик вырвался вперед, как школьник, жаждущий получить гарантированную пятерку за правильный ответ.
– Великолепно, молодой человек! Просто гениально!
Похвала прозвучало язвительно, но Стасик все равно зарделся от гордости. Штайнберг посмотрел на него с сочувствием, покачал головой и произнес:
– Ох, молодость, молодость. Каким ничтожным вещам ты радуешься!
Стасик после слов антиквара притих, полковник же, напротив, забрал инициативу в свои руки и дальше диалог вел один.
– Значит, пропавший кулон все-таки всплыл, – подытожил он, пытаясь вернуть антиквара к интересующей его теме.















