Дядя самых честных правил 4

Дядя, мир его праху, даже в ссылке до последнего оставался тайным канцеляристом, а его тень продолжает падать и на меня. Для знавших Кощея я не свой, но и чужим уже не считаюсь — обещания поддержки конторой просто так не раздаются. Я всё так же не хочу идти к ним на официальную работу, но, пожалуй, уже не стану отказываться от некоторого сотрудничества.

— И ещё, Константин Платонович, я хотел сообщить вам кое-что весьма полезное.

Во взгляде Шешковкого появилась лёгкая хитринка.

— Небезызвестный вам князь, надеюсь вы понимаете, о ком я, имеет большую долю в торговле заграничными механическими лошадьми. Не напрямую, естественно, а через зависимых купцов, стараясь не связывать своё имя с этим делом. И после недавнего указа Мамы…

— Матушки-императрицы. После её указа о ценах на лошадей, князь потерял очень приличные деньги. Надеюсь, вы понимаете, что к чему.

Я кивнул и прикусил губу. Так вот откуда ноги растут! Теперь понятно, какую ошибку я сделал, обратившись к Голицыну со своими конями. Понятное дело, что князю не нужны конкуренты после обрушения цен. Эх, знать бы это раньше!

— Благодарю, Степан Иванович. Я высоко ценю такое отношение вашей конторы.

Мы обменялись с Шешковским понимающими взглядами. А у меня в голове мгновенно сложился план: раз уж Тайная канцелярия идёт со мной на контакт, неплохо было бы заручиться её неформальной поддержкой в будущем прожекте. Последние пару дней я крутил в голове идею с дальней связью и, кажется, нашёл интересное техническое решение на первое время.

— Полагаю, у меня тоже есть чем вас заинтересовать.

Выражение лица Шешковского не изменилось, но во взгляде промелькнуло лёгкое сомнение. Это меня не остановило, и следующие тридцать минут я посвятил объяснению идеи телеграфа. Без технических подробностей — это моё ноу-хау и коммерческая тайна. Когда дойдёт дело до реализации, я постараюсь встроить в магический прибор механизм защиты от вскрытия и исследования. Украсть его будет очень нелегко!

— Интересная задумка, — Шешковский задумчиво прищурился, а по его лбу пролегли морщины, — очень интересная. И чего же вы хотите? Выделения средств из казны?

В последних словах чувствовался крепкий запах скепсиса. Он что, принял меня за изобретателя-прожектёра, желающего присосаться к казённой сиське?

— Упаси бог, Степан Иванович, никаких денег, особенно из казны. Это мой частный проект, и деньги я вложу в него самостоятельно. Быть может, привлеку кого-то из крупных промышленников или купцов, но только в роли младших партнёров, оставляя за собой контрольный пакет. А вот вашей конторе я предлагаю взаимовыгодное сотрудничество. Вы поможете мне получить привилегию от государыни на телеграф и прикроете от попыток захвата крупными родами.