Дядя самых честных правил 4

Закрыл — пламя потухло. Удобно, безопасно и совершенно не боится ветра. Может, организовать небольшое производство таких штук? Детей посажу гнуть корпус из тонкого железа, Таню с Сашкой рисовать Знаки, а крестьянок из деревни подряжу раскрашивать зажигалки какими-нибудь гжельскими узорами. И мне прибыль, и крепостные подзаработают.

За окнами промелькнул Великий Новгород, Вышний Волочёк, Торжок. У Твери я приказал повернуть на юг, помня о просьбе Разумовского. Киж неплохо знал эту местность и по просёлочным дорогам изрядно срезал, выведя экипаж прямо к имению Поречье.

Усадьба оказалась довольно скромной. Деревянный дом, запущенный сад, какие-то огороды и бегающие по двору куры. Было видно, что Разумовский здесь не появляется, свалив имение на управляющего. Он, кстати, нас и встретил — немолодой однорукий мужчина, в выговоре которого слышался малороссийский акцент. Ну да, точно! Разумовский сам откуда-то из-под Чернигова, вот и пристроил то ли родственника, то ли земляка к непыльному делу.

— Здравия желаю, господа, — управляющий поклонился, но без подобострастия. — Вы по делу какому али просто в гости?

— И ты здравствуй, добрый человек.

Я вытащил конверт, присланный мне Разумовским, и протянул управляющему. Тот с достоинством взял, достал письмо и принялся читать, шевеля губами. Лицо его просветлело, и он расплылся в улыбке.

— Что же вы сразу не сказали, что от Лексея Грихорьевича?! Проходите, прошу. Баньку желаете? Как чуял, что гости будут, вчера венички дубовые замочил.

— Не откажусь, уважаемый, не откажусь.

После трёх суток в дормезе поход в баню был просто необходим. Васька меня отлично попарил и отходил веником, квас оказался холодным и душистым, а поданный после обед не так уж и плох.

Чувствовалось, что дворяне здесь бывают нечасто, а готовит повариха из крепостных. Но тем не менее я пришёл в самое благодушное настроение, которое попытался подпортить Киж.

— Константин Платонович, — шепнул он мне, — сразу после того, как вы пошли в баню, управляющий отправил куда-то верхом одного из слуг. Поостеречься бы надо.

— Вот и присмотри за порядком.

На мой взгляд, повода для беспокойства не было. Разумовский пригласил меня сюда не для убийства или чего-то плохого. Полагаю, со мной кто-то должен здесь встретиться, только непонятно, кто именно.

Вопрос разрешился сам собой. Едва я проснулся утром и вышел в столовую, как обнаружил там незнакомого пожилого человека. Обширная лысина на его голове компенсировалась окладистой седой бородой, а взгляд был властным и выдавал завзятого интригана.

— Похож, — незнакомец прищурился, увидев меня, — даже слишком. Доброе утро, Константин Платонович. Уж не обессудьте, что приехал без предупреждения, но уж очень хотел с вами повидаться.

— Доброе утро.