Эксцесс исполнителя
Вы ведь отлично знаете, как у нас поставлена эта процедура. Правду утаить он точно не сможет.
– Допросить, конечно, можно, – кивнул Коу, – но такой допрос через голову Майора – демонстрация моего недоверия к подчиненному, а я не хочу, чтобы мои действия выглядели таким образом. В шестом интернате и на всем участке, за который отвечает Майор, происходят очень странные вещи, но при этом получаемые с него доходы сильно выросли и, судя по всему, этот рост продолжится. Формально я должен быть только рад такому положению дел.
– А вы не рады, господин Коу?
– Меня напрягает то, чего я не понимаю.
Анна с интересом наблюдала за тем, как я вожусь с добытыми на нейтралке оптоэлектронными приборами. Планшет и непонятные устройства, снятые мной с рабочих мест дежурных операторов зала управления энергостанцией, ее не слишком занимали, а вот коммуникатор, когда-то принадлежавший одному из сотрудников станции, надолго завладел вниманием госпожи Койц. После того, как час назад его удалось, наконец, зарядить и активировать, Анна с энтузиазмом принялась копаться в его памяти, периодически комментируя найденные файлы.
– Её звали Мариной. – задумчиво, и немного грустно произнесла Анна. – Редкое сейчас имя. Здесь куча фотографий и видео из той жизни, еще до Вторжения. У нее был парень… Симпатичный такой. Ой…, похоже, даже не один. Веселая была хозяйка у этого коммуникатора. И куча фото с каждым, причем в одних и тех же местах и почти в одно и то же время. Океан, пляжи, острова, красивые дома среди зелени. Понимаю, почему нам стараются не показывать такие вещи. Сразу видна разница с нашей нынешней жизнью, причем абсолютно во всем.
– Интересно, что сейчас на этих островах? – я посмотрел на Анну.
– Ничего, – она зябко пожала плечами. – Там были сплошные курорты и никакой противоорбитальной обороны. Рой просто выжег их с орбиты, как только прорвался к планете.
Фото и видео с коммуникатора некой Марины представляло, конечно, определенный интерес, но куда больше меня привлекло содержимое памяти планшета.

















