Не кровный Брат

Как бы мне узнать о её чувствах заранее? Я бы тогда нашёл правильные слова, чтобы сгладить свои гадские поступки вначале наших отношений. Не знаю, как она, я в ней давно. У меня с ней отношения уже давно, я считаю её своей. Она — моя Гуффи, и всё тут.

И я найду способ быть с ней. Даже под носом у папы.

Не трогай её — ДА ЩАС ПРЯМО, АГА.

Всё, блядь, меня не вылечить! Я — наркоманчик, и ломает до боли без Лизки. Меня и поезд товарный теперь не остановит… Я всё равно пойду за дозой!

35

Кирилл.

Спустя пару дней.

Мои боевые раны на лице начали постепенно бледнеть. Лиза всё ещё болела довольно сильно и кашляла, как динозавр.

Но стоит признать, динозавр довольно милый и красивый. Даже динозаврик.

Постоянно тянет подойти к ней, снова ощутить вкус её тёплых губ, но повода нет, да и не знаю я, что сказать. Целыми днями ходил кругами вокруг неё и выдумывал повод, но так и не придумал ничего. Лиза тоже почему-то прятала глаза и избегала меня. Однако судьба, видимо, за нас и сама дала мне карты в руки.

После обеда вышел в кухню и увидел, что Гуффи в который раз спит на диване гостиной под телек в обнимку со своим любимым блокнотом.

Всегда интересно было, что она такое там то пишет, то рисует… Но она прячет его. Видимо, есть что прятать. Вытянуть, что ли, эту тетрадку из её пальцев, пока дрыхнет? Только подумал об этом, как она обняла её обеими руками и прижала к себе. Чёрт, не получится забрать…

Собралась в комок — ей холодно, не думала, наверное, что отрубится здесь. Подошёл ближе и укрыл пледом. Лиза пошевелилась и опустила руки. Блокнот со стуком упал на пол и раскрылся. Ого, вот это удача!

Глянул на неё — вдруг проснулась? Но девушка не слышала ничего, лицо оставалось умиротворённым.

Пухлые губки приоткрыты, ресницы подрагивают во сне. Красивая, зараза…

Так, блокнот, а то залип на неё. На неё и потом посмотреть можно, а тетрадку свою Лизка как проснётся сразу сныкает. Гуффи даже в комнате не оставляет её, везде таскает за собой или прячет куда-то.

Присел на корточки и глянул в тетрадь. Застыл на месте, даже дышать забыл как. Со страницы тетради смотрел на меня… я. Мой портрет. Я улыбаюсь.

Взял блокнот в руки и поднёс ближе к глазам. Разглядывал рисунок с минуту точно — очень чёткий, каждая чёрточка прорисована очень хорошо.

Внизу заметил подпись — Лиза, как и многие художники, имеет привычку подписывать рисунки и ставить дату. Вгляделся и невольно заулыбался сам в реальном варианте меня:

«Улыбка засранца. 15.09. Александрова Е.»"

"Оригинальное название картины. Она знает, как я улыбаюсь. Она помнит улыбку и нарисовала её по памяти. Тихо встал и вместе с блокнотом пошёл в комнату к себе. Я просмотрю его весь. Наверняка там будет что-то ещё, что позволит мне понять мысли Гуффи обо мне.

Тетрадь оказалась вся изрисована мной.