Капитуляция

Надеюсь, это не выглядит так, будто я сую нос не в свои дела, графиня, но мне интересно: это был единственный раз, когда вы виделись с ним после своего отъезда из Франции?

Боже праведный — так вот о чём думала леди Педжет! Что у них любовная связь? Что же ещё она могла предположить!

— Да, — вымучила Эвелин. — Леди Педжет, я в трауре.

— Мои вопросы были грубыми, и я прошу прощения. Но вы должны признать, что вся эта история выглядит немного странной. Я чувствую, что здесь кроется нечто большее, чем вы рассказываете. И я не обвиняю вас в обмане, моя дорогая. Просто я слишком хорошо знаю Джека и лишь желаю помочь, — сказала Джулианна и, чтобы подтвердить истинность своих слов, дружелюбно потрепала Эвелин по руке.

— Значит, вы передадите ему мое письмо?

Леди Педжет внимательно взглянула на гостью и ничего не ответила. Эвелин почувствовала, как всё тело буквально оцепенело от напряжения. После долгого молчания Джулианна тихо произнесла:

— Джек заигрывал с вами, не так ли?

Эвелин поперхнулась.

Джулианна вздохнула:

— Несомненно, это мой брат должен приносить вам извинения. Я так хорошо его знаю, леди д’Орсе. — Она взяла Эвелин за руку. — Он джентльмен, когда сам желает быть таковым, и ему следовало вести себя подобающе, а не добиваться вашего расположения, когда вы в трауре. Но он, вероятно, был потрясен вашей красотой! Вы наверняка с негодованием прервали его ухаживания, и, разумеется, ему пришлось уйти несколько рассерженным. — Джулианна снова вздохнула и констатировала: — Ну вот, теперь всё это недоразумение обретает смысл. Джек просто питает слабость к красивым женщинам. Убеждена, он обязательно принесет вам свои извинения, когда вы в следующий раз с ним увидитесь.

И она улыбнулась — так, будто собиралась позаботиться об этом.

Эвелин поняла, что оказалась в весьма щекотливом положении. Мысли лихорадочно заметались в голове. Выходит, хозяйка дома сделала ужасный вывод. Если бы это услышал Джек Грейстоун, он наверняка пришел бы в ярость.

— Он не заигрывал со мной, леди Педжет. Он был… — Эвелин замялась, тяжело дыша, — истинным джентльменом.

Джулианна сжала её руку.

— Вы так снисходительны, так добры! Сколько лет вашей дочери, моя дорогая?

Эвелин вздрогнула от неожиданности.

— Моей дочери в марте исполнится два. Она — такая радость для меня и моего мужа!

Эвелин не верила собственным ушам, но леди Педжет действительно сменила тему!

— Я чувствую то же самое по поводу Эме. Её рождение — лучшее, что когда-либо случалось со мной, — вымучила из себя Эвелин, чувствуя некоторое облегчение.

— Ей, должно быть, не хватает отца, — заметила леди Педжет.

— Конечно, — согласилась Эвелин.

— Чем вы так взволнованы? - вдруг с сочувствием спросила леди Педжет. — Вас явно что-то тревожит.