Хозяйка Мельцер-хауса

На мгновение она увидела морщинистое лицо Эльзы под старомодным ночным чепчиком, однако та поспешно удалилась в свою каморку, когда увидела приближающихся Мари и Китти.

– Что случилось? Что с Ханной?

– Ей нужен доктор, госпожа, – сказала повариха. – Если еще не поздно. О, эта Йордан! Я же ей говорила, чтобы она оставила свои чертовы…

Мари протиснулась мимо нее и начала стучать кулаками в дверь Ханны. Она слишком хорошо знала эту комнату, ведь она сама жила тут когда-то.

Мари не стала ждать, а распахнула дверь и вошла. Был включен верхний свет, голая лампочка освещала кровать Ханны.

Она лежала на спине – мертвенно-бледная, с закрытыми глазами, натянув одеяло до самой шеи.

– О боже, – прошептала Китти, вошедшая вместе с Мари. – Она выглядит так, как будто уже…

Темные круги под глазами, заострившийся нос, бледные губы. Мария Йордан стояла рядом с кроватью, держа перед собой подушку. Казалось, она собиралась быстренько одеться, но Мари помешала ей.

Мари с грозным видом подошла к Марии Йордан, та сразу отшатнулась, дрожа от страха, села наконец на свою кровать и жалобно простонала, что она ей ничего не давала.

– Ничего? – гневно воскликнула Мари. – Какое снадобье? Пижму, сенеку или какой-нибудь яд?

– Мари! – дрожащим голосом сказала Китти. – Посмотри-ка.

Она стянула с Ханны одеяло. Белая ночная рубашка на животе была свернута в ком, который она засунула себе между ног. Очевидно, таким образом она хотела остановить кровотечение, но ей это не удалось. Ночная рубашка была вся в крови до самой груди, простыня тоже промокла насквозь…

Мари лишь мельком взглянула на эту страшную картину, оттолкнула повариху, с любопытством втиснувшуюся в комнату, и помчалась вниз.

Ее взволнованный голос был слышен даже в коридоре.

– Номер телефона доктора Грайнера, быстро! Позови сюда Шмальцлер, Лиза. Пусть принесет что-нибудь кровоостанавливающее. Алло? Соедините… Три, восемь, девять, четыре… Не отвечает? Попробуйте еще раз.

– Что, так плохо, Мари? – спросила Алисия. – Сообщить его преподобию Лейтвину?

Китти все еще стояла у кровати Ханны и смотрела на алеющую кровь. Ханна пошевелилась, ища рукой одеяло, и тихо застонала.

– Все будет хорошо, – сказала Китти. – Мы здесь. Мы тебе поможем.

Она снова натянула на нее одеяло, а так как Ханна дрожала от холода, потребовала от Марии Йордан, чтобы та покрыла ее поверх и своим одеялом.

Йордан нехотя послушалась.

– Такая прекрасная перина… Ведь запачкается.

– Вы действительно душка, фройляйн Йордан! – смерив гневным взглядом, бросила ей Китти. – Чем скорее Вы покинете этот дом, тем лучше!

С этими словами она побежала вниз к Мари.

Тем временем Элеонора Шмальцлер вернулась из лазарета, она узнала, что кровоостанавливающие средства может получить только врач.