Хозяйка Мельцер-хауса

Она лишь однажды намекнула ему об этом, но прекрасно понимала, что эта новость его беспокоит.

– Да, – призналась она, быстро обдумывая, что сказать. – Мой муж получил на войне тяжелое ранение, и я не смогла найти в себе силы потребовать от него развода. Мы, женщины, все-таки очень чувственные создания. Я останусь рядом с ним, даже если этот брак будет означать для меня только холод и одиночество.

Она видела, что ему страшно хотелось обнять ее. Подарить ей утешение и тепло, всю ту нежность, которой ей так не хватало, но он не решался, и она не сделала ничего такого, что могло бы сподвигнуть его на это.

– Госпожа Шмальцлер, наша экономка, тоже собирается в январе в Померанию, она уходит на пенсию и будет там жить. Может быть, вы поедете вместе с ней?

Он покорно кивнул и сказал, что это, конечно, было бы неплохо, поскольку их экономка знает те края. Затем он взял со стула свою шляпу и встал.

– Я в вашем распоряжении, Элизабет. – Он слегка поклонился. – Я сделаю все, что будет вам приятно и полезно.

Алисия сделала паузу и откашлялась: ее захлестнули эмоции. Впервые она произносила за столом рождественскую речь. Все предыдущие годы эту обязанность брал на себя Иоганн.

– Мои дорогие гости, – продолжала она, оглядывая своих близких, сидящих за праздничным столом. Разве она не счастлива в кругу своей большой семьи? Конечно, она должна быть благодарна Господу за это. Даже если сейчас за столом присутствовали не все дорогие ей люди.

– Я очень рада видеть вас всех вместе в этот рождественский вечер. Мы встречаем первое Рождество после тяжелых лет войны с благоговением и благодарностью, поэтому…

Ее прервал сердитый возглас. На пол, где сидела Роза с детьми, упала вилка, послышался взволнованный шепот Розы:

– Хенни, прекрати. Пожалуйста! Отдай Лео эту ложку. Хенни, прошу тебя. Иначе бабушка рассердится.

– Нееет! Я хочу ээээту…

Взрослые начали перешептываться, качая головами, и тетя Хелена сказала, что лучше было бы оставить детей наверху. Китти поднялась со своего места и взяла на руки дочку. Та громко причитала.

– Тише! – набросилась она на малышку. – Иначе пойдешь в постель.

Хенни хныкнула еще пару раз, но послушалась: все же ей разрешили сидеть на коленях у мамы. Лео, торжествуя, держал в кулаке десертную ложку, которую ему удалось заполучить.

Алисия, нахмурившись, наблюдала за этой сценой. Почему дети стали такими строптивыми? Все-таки им не хватало отцов.

– Мне особенно приятно, что мой деверь Габриэль приехал к нам вместе со своей милой женой Хеленой, а значит, старая традиция рождественских визитов продолжается.

Китти взяла накрахмаленную салфетку, чтобы ее дочурка смогла высморкаться.