(Не) твоя жена

— Там доставка! — указывает глазами в сторону прихожей. Ах да, ужин. Ключи у меня. Поднимаюсь с кресла, иду в прихожую, забираю контейнеры с едой, расплачиваюсь и снова запираюсь, пряча ключи в кармане. Оставляю пакет с едой на стойке. — Накроешь на стол? — прошу я. Кивает. Пока Алина накрывает на стол, иду в ванную. Умываюсь, закатываю рукава рубашки, провожу рукой по волосам. Наши два дня пошли, и я не могу их проспать. Сложно идти на уступки и компромиссы, когда привык безжалостно присваивать. Ломать себя, оказывается, больно. Выхожу. Беру вино, открываю, наполняя наши бокалы. — Присаживайся, — указываю ей на высокий стул напротив меня. Ставлю перед ней бокал вина. Нет задачи напоить, есть желание снять напряжение. — Я не буду пить, — упрямо качает головой. — Это дополнение к ужину. Вино раскрывает вкус рыбы и мяса, — комментирую я. Алина молча отодвигает бокал, принимаясь есть. А я делаю пару глотков, чтобы отпустить свои мысли на волю и начать говорить. — Скажи мне, что именно тебя пугает? — В каком смысле? — Почему наш брак для тебя не может больше существовать? — Разве это не очевидно? — разводит руками. — И все же? — настаиваю я. — Наш брак был фиктивный. У тебя ребёнок от другой женщины. Но даже не это главное. — А что главное? — делаю глоток вина. Мне нужно вынести этот разговор. — Главное – это любовь. Ты не умеешь любить. И ты в этом не виноват. Этому нельзя научиться или заставить, это нужно чувствовать. И тогда можно преодолеть любые сложности, — шепчет она, отодвигая тарелку. Тоже отодвигаю тарелку, опускаю руки на стойку, сцепляя их в замок. — Ты же чуткая девочка? Можешь не просто слушать, а услышать? — понижаю голос, сглатываю. — Послушай меня, пожалуйста. Алина кивает. Хорошо. Она готова слушать. Теперь главное – найти слова. Но я решаю не подбирать их, не выдумывать и приукрашивать, а говорить так, как есть. Без прикрас. Она всегда любила во мне именно честность. Которой, по факту, не было. — Да, я женился на тебе по расчету. Честно? Договариваясь с твоим отцом, я даже не видел твоей фотографии. Нет, мне было важно, чтобы моя супруга была воспитанная, образованная и покорная девочка. Твой отец все это мне гарантировал. Как ты понимаешь, о любви не было и речи. Да и верность хранить я не собирался. Я так жил, я так привык и никогда не ставил женщин на первое место, не считался с их чувствами. Больно. Но это правда. Вот такая уродливая и некрасивая правда. Алина слушает внимательно, с интересом, уже сама ловя мой взгляд. — Потом, — усмехаюсь, потирая лицо. Беру бутылку, наполняю свой бокал и двигаю к Алине ее нетронутый. Без алкоголя это сложно принять. — Наше знакомство, первая встреча… Помню, как ты пыталась изобразить меркантильную овцу. Меня это позабавило. Ты плохая актриса, все эмоции налицо.